– И вы сели в поезд, приехали туда и отвезли мисс Дэвис вместе с «кадиллаком» обратно в город, так?
– Да.
– Полагаю, она была очень расстроена во время поездки.
– Ну, как бы это выразить… немного не в себе.
– А?
– Плакала, билась в истерике, – пояснил Карелла.
– Нет, с ней было все в порядке.
– Ну, я хочу сказать… – Карелла заколебался. – Насколько я понимаю, она не могла вести машину.
– Верно. Поэтому и наняла меня.
– Ну, тогда…
– Но не потому, что была расстроена или что-то в этом роде.
– А почему? – Карелла нахмурился. – У нее было много багажа? Ей нужна была ваша помощь, чтобы донести его?
– Ну да. И ее, и ее двоюродной сестры. Ее сестра утонула, знаете?
– Знаю.
– Но с багажом ей бы помог кто угодно, – заявил Облински. – Нет, она наняла меня совсем по другой причине. Ей нужен был именно я, мистер.
– Почему?
– Почему? Потому что она не умеет водить машину, вот почему.
Карелла уставился на него.
– Вы ошибаетесь, – сказал он.
– О нет, – возразил Облински. – Она не умеет водить машину, поверьте. Я укладывал сумки в багажник и попросил ее завести машину, а она даже не знала, как это делается. Эй, как вы думаете, стоит мне пожаловаться на телефонную компанию?
– Не знаю. – Карелла резко поднялся. Внезапно чек, выписанный парикмахеру Клаудии Дэвис, приобрел огромное значение. Чеки почти закончились, но вдруг появилась идея.
Парикмахерский салон располагался на Южной Двадцать третьей улице, сразу за Джефферсон-авеню. Зеленый навес над входом отбрасывал тень на тротуар. Белыми буквами на навесе было написано: «АРТУРО МАНФРЕДИ, Инк.». В витрине висела стеклянная табличка, на которой для тех, кто не читает «Вог» или «Харперс Базар», помимо названия, было написано, что парикмахерская имеет два отделения – одно в Айсоле, а другое – в «Нассау, на Багамах». А под ней – скромная надпись: «Известна во всем мире». Карелла с Хейзом вошли в салон в половине пятого вечера. В маленькой приемной, положив ногу на ногу, сидели две безукоризненно накрашенные и причесанные женщины – по всей видимости, они дожидались своих шоферов, мужей или любовников. Обе с надеждой взглянули на детективов, разочарованно подняли только что выщипанные брови и вернулись к чтению журналов мод. Карелла и Хейз подошли к столу. За столом сидела блондинка с дежурной улыбкой и голосом выпускницы престижной школы.
– Да? – высокомерно взглянула она. – Чем могу помочь?
От ее высокомерия не осталось и следа, когда Карелла протянул ей свое удостоверение. Она прочитала удостоверение, взглянула на фотографию, быстро успокоилась и бесстрастно спросила:
– Что я могу для вас сделать?
– Не могли бы вы что-нибудь сообщить нам о девушке, выписавшей этот чек? – сказал Карелла.
Он достал из кармана пиджака сложенную копию чека, развернул и положил на стол перед блондинкой. Блондинка с опаской посмотрела на него:
– Как ее зовут? Не могу разобрать.
– Клаудиа Дэвис.
– Д-Э-В-И-С?
– Да.
– Мне незнакомо это имя, – с сомнением произнесла блондинка. – Она не из наших постоянных клиентов.
– Но она выписала чек на ваш салон, – настаивал Карелла. – Она подписала его седьмого июля. Проверьте, пожалуйста, по своим записям, для чего она здесь была и кто ее обслуживал.
– Извините, – промолвила блондинка.
– Что?
– Извините, но мы в пять часов закрываемся, и сейчас у нас самое напряженное время. Надеюсь, вы это понимаете. Может, вы зайдете немного попозже…
– Нет, мы не можем зайти попозже, – сказал Карелла. – Потому что если мы зайдем попозже, мы зайдем с ордером на обыск и с ордером на арест ваших регистрационных книг, а это может взволновать репортеров отдела светской хроники, и такое волнение может добавить вам еще немного известности во всем мире. У нас был трудный день, мисс, и это для нас очень важно.
– Конечно. Мы всегда с радостью сотрудничаем с полицией. – Голос блондинки был холоден как лед. – Особенно, когда полицейские так хорошо воспитаны.
– Да, мы все такие, – ответил Карелла.
– Вы сказали, седьмого июля?
– Седьмого июля.
Блондинка вышла из-за стола и прошла в глубь приемной. Откуда-то появилась брюнетка и спросила:
– Мисс Мари уже ушла?
– А кто это, мисс Мари? – поинтересовался Хейз.
– Девушка со светлыми волосами.
– Нет. Она кое-что ищет для нас.
– Эта белая прядь вам очень идет, – улыбнулась брюнетка. – Меня зовут мисс Ольга.
– Здравствуйте, как дела?
– Спасибо, хорошо, – ответила мисс Ольга. – Когда она придет, скажите ей, пожалуйста, что на третьем этаже барахлит одна из сушилок.
– Хорошо, я скажу, – пообещал Хейз.
Мисс Ольга улыбнулась, помахала рукой и испарилась в глубине салона. Через минуту вернулась мисс Мари. Она взглянула на Кареллу:
– Некая мисс Клаудиа Дэвис была у нас седьмого июля. Ее обслуживал мистер Сэм. Хотите поговорить с ним?
– Да.
– Следуйте за мной, пожалуйста. – Она была предельно вежлива.
Они прошли за ней в салон мимо женщин, которые, скрестив ноги, сидели под сушилками.
– Да, кстати, – вспомнил Хейз, – мисс Ольга просила вам передать, что барахлит одна из сушилок на третьем этаже.
– Спасибо, – сказала мисс Мари.
