Предрассветный час (сборник) полностью

Брету Лумису было тридцать один, он был ростом пять футов шесть дюймов[9] и с бородой. На нем был громадный черный свитер и узенькие джинсы. Рядом с Коттоном Хейзом он выглядел маленьким мальчиком, надевшим фальшивую бороду, чтобы рассмешить своего папу.

– Извините, что беспокоим вас, мистер Лумис, – сказал Мейер. – Мы понимаем, что на Пасху…

– О, в самом деле? – спросил Лумис. Он казался удивленным. – Неужели Пасха? Черт меня возьми. Может, мне стоит пойти да и купить себе горшочек с гиацинтами…

– Вы не знали, что сегодня Пасха?

– Вот именно, ребята… да и кто читает газеты? Мрак, мрак! Сыт по горло всем этим. Давайте выпьем пива, отпразднуем Пасху. Идет?

– Ну спасибо, – сказал Мейер, – но…

– Ну и что, что не разрешено? Кто узнает, кроме меня, тебя да его? Всего-то три бутылочки…

Мейер посмотрел на Хейза и пожал плечами. Хейз ответил тем же. Вдвоем они наблюдали, как Лумис пошел к холодильнику в углу комнаты и вынул три бутылки пива.

– Садитесь, – сказал он. – Пить нам придется из бутылок, потому что у меня со стаканами плоховато. Садитесь, садитесь.

Детективы, опешив, оглядывали комнату.

– О, это? – сказал Лумис. – Да прямо на пол. У меня со стульями плоховато.

Вся троица присела на корточках вокруг низкого стола, который был изготовлен явно из обрубка ствола. Лумис поставил бутылки на стол, поднял свою собственную и, возгласив: «За вас!», присосался к горлышку.

– Чем вы зарабатываете на жизнь, мистер Лумис? – спросил Мейер.

– Жизнью.

– Что?

– Просто живу, чтобы жить. Вот мое занятие.

– Я имею в виду, на какие средства вы живете?

– Получаю алименты от моей экс-жены.

– Вы получаете алименты? – переспросил Хейз.

– Да. Она была так счастлива отделаться от меня, что оформила договоренность. Сотня в неделю. Это неплохо, правда?

– Это очень хорошо, – сказал Мейер.

– Вы так считаете? – Лумис погрузился в задумчивость. – Я полагаю, что мог бы дожать до двух сотен, если бы подольше продержался. Дрянь крутила роман с другим парнем – понятно? – и из кожи вон лезла, чтобы скорее выйти за него. У него денег полно. Да, я мог бы дожать и до двух сотен.

– И сколько времени вам будут платить? – спросил завороженный Хейз.

– Пока не женюсь опять – чего я никогда не сделаю, пока жив. Пейте пиво. Пиво хорошее. – Он опять поднял бутылку к губам и сказал: – А по какому случаю вы ко мне пришли?

– Вы знаете человека по имени Артур Финч?

– А как же. У него беда?

– Да.

– А что он сделал?

– Ну, пока оставим это в стороне, мистер Лумис, – сказал Хейз. – Нам бы хотелось узнать о вас…

– Это откуда у вас такая белая прядь в волосах? – внезапно спросил Лумис.

– А? – Хейз невольно тронул свой левый висок. – О, как-то ножом пырнули. А потом выросли белые волосы.

– Теперь вам обязательно надо синюю прядь на другом виске. Тогда будете выглядеть как американский флаг, – сказал Лумис и засмеялся.

– Да, – сказал Хейз. – Мистер Лумис, вы можете сказать нам, где вы были вчера вечером между семью и восемью часами?

– О, ребята, – сказал Лумис, – это как в телеигре «Попался», верно? «Где вы были в ночь на двадцать первое декабря? Нам нужны только факты».

– Да, как в «Попался», – сухо сказал Мейер. – Где вы были, мистер Лумис?

– Вчера вечером? В семь часов? – Он задумался на минуту. – А, конечно!

– Где?

– В берлоге у Ольги.

– У кого?

– У Ольги Тренович. Она скульпторша. Делает эти сногсшибательные статуэточки из воска. Капает воском на какую-нибудь штуку, получается блеск. Понимаете?

– И вы были у нее вчера вечером?

– Да. У нее был кайф. Пара негров – сакс и ударные, и еще двое – труба и фортепьяно.

– Вы пришли туда в семь часов, мистер Лумис?

– Нет. Я туда пришел в шесть тридцать.

– А когда вы ушли?

– Х-х-хосподи, да кто помнит? – сказал Лумис. – Иль ночи мрак, иль предрассветный час?..

– Вы хотите сказать, что после полуночи?

– О, конечно. В два-три часа ночи, – сказал Лумис.

– Вы пришли туда в шесть тридцать и ушли в два или три часа ночи? Правильно?

– Да.

– Артур Финч был с вами вместе?

– Черта с два. Откуда?

– Вы вообще-то видели его вчера вечером?

– Нет. Не видел его… постойте… где-то с конца прошлого месяца.

– Так вы не были с Артуром Финчем в ресторане «У ворот»?

– Когда? Вчера вечером?

– Да.

– Нет. Я вам сказал. Я не видел Арти чуть ли не две недели. – Какой-то проблеск понимания мелькнул в глазах Лумиса, и он виновато посмотрел на Хоуза и Мейера. – Ох, что я наделал! – сказал он. – Подвел я Арти?

– Основательно подвели, мистер Лумис, – согласился Хейз.

Ирен Грэнаван, сестра Финча, была молоденькая женщина двадцати одного года, у которой уже было трое детей и через четыре месяца готовился к появлению четвертый. Она впустила детективов в свою квартиру в Риверхеде и тут же села.