Ближайшимъ слдствіемъ быстраго возрастанія народнаго богатства было улучшеніе матеріальныхъ условій жизни и домашняго комфорта. Прежніе угрюмые, закоптлые замки съ подъемными мостами и узко-прорзанными, на подобіе бойницъ, окнами уступаютъ мсто изящнымъ свтлымъ постройкамъ въ стил возрожденія, съ тнистыми парками, фонтанами и статуями; стны ихъ украшаются мягкими цвтными коврами арраской работы, напоминающими позднйшіе гобелены. Въ эти-то очаровательныя убжища любятъ прізжать потомки прежней воинственной феодальной аристократіи, теперь превратившіеся въ придворныхъ, чтобы отдохнуть отъ шумно-проведенной зимы при двор. Испанцы, постившіе Англію при Генрих VIII, были поражены деревенскимъ видомъ англійскихъ городовъ; не только въ маленькихъ городкахъ, чрезъ которые имъ приходилось прозжать, но и въ самомъ Лондон большая часть домовъ была выстроена изъ дерева и покрыта соломой. При Елисавет разбогатвшее купечество воздвигло великолпныя зданія на мсто прежнихъ лачугъ и превратило пустыри въ оживленныя и прекрасно обстроенныя улицы. Лондонъ и тогда уже поражалъ иностранца своей громадностью и необыкновеннымъ оживленіемъ. Сотни кораблей стояли на якор у лондонскаго моста; на улицахъ толпились люди самыхъ разнообразныхъ національностей, а магазины были полны произведеніями всхъ частей свта. Венеціанецъ Молино, видвшій Лондонъ въ 1607 г., считаетъ его первымъ городомъ въ Европ не только по количеству народонаселенія, но и по великолпнымъ постройкамъ и торговому значенію. Такое же быстрое превращеніе совершилось и въ провинціяхъ. Фермеры не удовлетворяются боле своими прежними жилищами безъ печей; они строятъ себ солидные кирпичные дома, снабженные всмъ необходимымъ для спокойной и комфортабельной жизни. Современники говорятъ, что провинціальныя гостинницы не только не уступаютъ столичнымъ въ чистот и удобствахъ, но даже нердко превосходятъ ихъ въ этомъ отношеніи 212).
Съ измненіемъ вншняго вида жилищъ измняется и самый образъ жизни. Довольство порождаетъ новыя потребности и новыя зати; распространяется вкусъ къ роскошнымъ костюмамъ, къ изящному убранству комнатъ. Нигд впрочемъ разорительная погоня за модой не достигала такихъ чудовищныхъ размровъ, какъ въ Англіи, а въ самой Англіи, по словамъ современнаго наблюдателя (Гарриссона), никогда моды не были такъ причудливы и измнчивы какъ въ царствованіе Елисаветы. Одинъ талантливый фламандскій живописецъ второй половины XVI в. написалъ злую сатиру на эту чудовищную модоманію, изобразивъ на своей картин англичанина временъ Елисаветы совершенно голымъ: онъ — видите-ли — задумалъ сшить себ платье и уже въ одной рук держитъ штуку сукна; въ другой — ножницы; остается выбрать фасонъ, но въ этомъ то и состоитъ вся задача. Итальянскій костюмъ изященъ, но испанскій величественне; французскій тоже хорошъ, но и нмецкій иметъ свои достоинства. Онъ мысленно перебираетъ ихъ одинъ за другимъ, оцниваетъ относительно вкуса и моды и не можетъ придти ни къ какому заключенію, потому что каждый изъ нихъ, модный сегодня, можетъ выйти изъ моды завтра — и тогда съ чмъ-же онъ останется. Разсуждая такимъ образомъ, онъ предпочитаетъ лучше остаться совершенно безъ одежды, нежели ошибиться въ выбор костюма и не быть одтымъ по мод.
Тщетно правительство издавало законы противъ роскоши (sumptuary laws) и преслдовало уродливо-фантастическія принадлежности костюма тогдашнихъ денди 213); мры едва-ли были въ состояніи искоренить зло, находившее поддержку въ высшихъ классахъ общества и при самомъ двор. Сама Елисавета была первой щеголихой въ Англіи и тратила большія суммы на свой туалетъ, а ея дворъ подавалъ всему городу примръ безумной расточительности и погони за модой. Придворные кавалеры и дамы наперерывъ старались превзойти другъ друга великолпіемъ и роскошью своихъ костюмовъ. Разсказываютъ, что камзолъ сэра Вальтера Рэлея былъ вышитъ жемчугомъ по черному бархату, а сапоги его, буквально унизанные драгоцнными камнями, стоили около семи тысячъ фунтовъ стерлинговъ 214). Современные писатели (Гаррисонъ, Потэнгемъ, Бортонъ и др.) горько жалуются на это безумство, но новйшій историкъ англійской культуры не безъ основанія видитъ въ этомъ ослпительномъ маскарад нчто боле безсмысленной забавы. — По его мннію здсь сказывается избытокъ внутреннихъ силъ, радость жизни, сродное артистической натур желаніе любоваться зрлищемъ прекрасныхъ формъ и яркихъ цвтовъ 215).
