– Вы думаете о деньгах? Напрасно. Вот карточка на Ваше имя, код – день рождения Сергея. Купите всё, что нужно сыну и дочери. Я хочу познакомиться с Сергеем, подружиться, узнать его, но у меня и в мыслях не было покупать его компанию за деньги. Вы ещё забыли маленькую деталь. Ради нашей дочери, Вы не будете работать две недели, и теряете свой заработок. Пусть будет часть компенсации, или Ваш заработок. Такой вариант Вас устроит? У меня будет единственная просьба – не экономьте, купите всё, что ему и сестре понравится. Поверьте, Вы нас этим не разорите.
–Хорошо, я сделаю, как Вы советуете. Дождёмся выписки Сергея, и я с ним поговорю. А вот и Хельга! – Как ты сынок? – спросила мать, входя в палату.
– Немного тошнит, немного болит, но в целом терпимо. Сказали пару дней лежать. Буду между уколами английский учить, музыку слушать, – сказал сын.
–Ты главное хорошо ешь, набирайся сил. Они понадобятся. Набери номер, я домой позвоню, а ты подумай, чего тебе принести.
Пока она разговаривала с мужем и дочерью, в палату вошёл доктор Гербер.
– Как дела, дружище? – спросил он, считая пульс. – Что беспокоит? Как голова, ясная? Спать не хочется? Какую музыку слушаешь, какие группы?
– Домашние тебе привет передают, желают быстрейшего подъёма, – сказала мать, возвращая телефон. – Сын, а ты не хочешь задержаться в городе дня на 3-4 после выписки? Посмотрим город, может Кэтрин станет легче. Только вот, где остановиться?
– Тебя Элен попросила? – спросил Сергей.
– Элен сейчас не до нас, она с дочерью. Я хочу услышать твое мнение, ты подумай, после выписки решим. Не каждый день мы бываем за границей. Я вечером зайду, а сейчас снимай штаны – допинг принесли.
Дарья Андреевна вернулась в корпус, где ей отвели жильё, и где рядом располагалось небольшое кафе. Нестерпимо захотелось есть. После обеда настроение улучшилось. Единственное, что её угнетало – карточка. «Что постыдного в том, что я её взяла? Пусть это будет часть моей зарплаты, компенсация за мои и Серёжкины переживания. В конце концов, я у них ничего не просила. Операция прошла, договор мы выполнили», – думала она, возвращаясь к себе. Она прилегла на кровать и сразу уснула.
– Ты не спишь? Я тебе принёс плеер и диски с хорошими наушниками. Думаю, тебе понравится. Мама, когда обещала прийти? – спросил доктор Сергея.
– Думаю вечером. Ей бы выспаться, глаза красные, сама бледная. Там, где её поселили нормальные условия? А поесть есть где? Она про себя в последнюю очередь думает.
– Внизу есть кафе, почти рядом с палатой мамы. Я не думаю, что она голодает, а вот поспать бы ей не мешало. Хочешь, я схожу, проверю? Узнаю, обедала ли она в кафе?
– Не надо. Не будете же Вы её насильно укладывать в кровать, да она и сама вечером расскажет, у нас доверительные отношения. Мама мне предлагает остаться после выписки дня на 3-4. Только я не хочу останавливаться у Элен. Здесь можно снять комнату?
– Лучше квартиру, где вы будете одни. Кажется, у меня есть такая на примете, – улыбнулся доктор своей догадке.
–Поймите, я не против Элен, пусть приходит к нам на чай, но по-дружески. Она, как провинившийся ребёнок, всё время ждёт шлепка и готова зарыдать. Сделала ты глупость, покаялась, хватит. Я её давно простил, ещё там дома, мама помогла.
– Может она не догадывается об этом? – спросил доктор, радуясь за жену.
– А чувствовать, а видеть, слышать она не может или не хочет? Тогда это уже не моя проблема. Я разговариваю с ней, не дерзя, как со всеми, общаюсь, разве этого мало?
– Ладно, ужинай, тебе надо восстанавливаться. Завтра увидимся. Квартира за мной, – пропуская сестру с ужином, сказал доктор.
Дарья Андреевна проспала часа 2-3 и поднялась полная сил и энергии. Взглянув на часы, которые теперь показывали местное время, с горечью подумала, что ужин сегодня отменяется, и очень удивилась, увидев открытой дверь в кафе.
– Фрау Барышева? Вам просили передать, – официантка протянула ей пакет. – Доктор Гербер сказал, не появитесь до девятнадцати, отнести всё в палату. Вам лучше пройти через переход, входные двери уже закрыли.
Дарья Андреевна взяла пакет, понимая слова девушки без перевода, пусть и не все, и направилась к Сергею. Он не спал, а прикрыв глаза, отбивал ритм рукой в такт музыки, доносившейся из наушников. Она разобрала пакет, где оказался термос с кофе, апельсиновый сок, плитка шоколада и два контейнера – один с четырьмя порциями пиццы, другой с четырьмя пирожными, тесно прижавшихся друг к другу. Она взяла кусок пиццы и поднесла, как можно ближе, к носу сына. Тот моментально открыл глаза и снял наушники, выключив музыку.
– Как здорово, что ты пришла. Как ты?
– Выспалась, чуть ужин не прозевала. А тебя чем кормили?
– Мам, можно я не буду комментировать ужин, а лучше поем еще раз вместе с тобой.
– Можно. Я застелю полотенце, приподниму подушку, чтобы было удобнее. Налетай, и я тебе компанию составлю, будет у нас поздний ужин.
