— У тебя великолепное терпение, если ты не просыпаешься.
— И рад бы, — грустно добавил тот, — только не выходит. Да и не хочу. Привычка, — мужчина пожал плечами. — Я рос без родителей, а дяде было не до моих ночных страхов.
— Да? Моя мать часто дежурила около моей кровати несколько ночей подряд. Но на меня охотились.
Князь понимающе кивнул.
— У нас почти у всех было тяжёлое детство. У Эдана, — он кивнул в сторону императора, лицо которого даже во сне оставалось напряжённым, — к примеру, родители, а потом и брат умерли во время войны с Дрангом. Первые попали в город, которым завладел маг, как раз в день захвата. Тогда многие погибли от его магии. Брата убили во время одной из битв, произошедших, пока мои сёстры были в другом мире. Эдана вырастил тоже дядя, как ты помнишь.
Свернула молния, на мгновение осветившая стоянку. Собеседники невольно вздрогнули, когда небо содрогнулось от очередного громового раската. Баш вздохнул, откинув покрывало, подхватывая плащ и поднимаясь на ноги.
— Ладно, я зайду к детям. Андрей что-то совсем разболелся. Всё равно уже не засну.
— Бунтарям привет, — улыбнулся князь, завяливаясь на спину и укутываясь поплотнее в своё покрывало. Король покачал головой, застёгивая плащ и накидывая на голову капюшон, и вышел на улицу.
Стоило ему сделать шаг, как в лицо ударил влажный воздух, пахнущий озоном и палой листвой. Дождь мощно забарабанил по голове, спине и плечам, но плащ пока что спасал от промокания. Король кивнул отсалютовавшим ему дозорным и юркнул к шатру, где расположились младшие представители правящей династии Обена.
Там горел свет, исходивший от небольшого костра, который развели специально для того, чтобы согреть больного принца. Вокруг сидели Влад, Александр, рядом с царевичем — Надя, а головой на коленях сестры лежал Андрей, укутанный в два походных плаща. Старшие о чём-то переговаривались, но, когда вошёл король, затихли. Маленький принц открыл сонные глаза и посмотрел на отца, когда услышал, что сестра поздоровалась с родителем.
— Пап, привет, уже утро? — хрипло спросил он. Король улыбнулся сыну, присев рядом с ним.
— Нет, ещё ночь. Как чувствует себя юный герой?
— Ну пап, не издевайся, — надулся Андрей. — Я ведь отлично знаю, что я никакой не герой.
Севастьян улыбнулся, целуя сына в лоб. Он на мгновение нахмурился, почувствовав жар, исходивший от мальчика, и поднял глаза на дочь.
— А вы чего не спите?
— Уснёшь тут, — буркнула Надежда. — И причина состоит не в болезни Его Высочества, а в том, что гром нас будит каждый раз, как мы уже готовы уснуть.
— Да ладно тебе, — отмахнулся наследник империи. — Мы через двенадцать часов достигнем замка Чаяния, а там скоренько всех перебьём, а там будем спать, сколько угодно.
— Мне нравится твой оптимизм, — с издёвкой ответствовала принцесса, — особенно учитывая, что в столице тебя ждёт ненаглядная супруга Елена дочь Михаила Луама.
Её брат невольно округлил глаза и постучал ладонью по лбу, напоминая очень важную вещь кузине. Но было поздно. Баш удивлённо вскинул брови.
— Так. Влад, ты, что, женился? И кто об этом знает кроме вас четверых?
Великий князь поморщился, проклиная собственную болтливость.
— Ма-мы. И моя, и Лены — госпожа Златослава узнала вообще почти самая первая.
— М-да, смотри только, чтобы для остальной семьи это не стало шоком, — предостерёг его дядя.
На этом разговор прервался. Ночь подходила к концу. Прекратилась и буря, как раз с появлением первых лучей утреннего солнышка. Лагерь с трудом просыпался после тяжёлой и беспокойной ночи. Прохладное утро было на удивление ясным и приветливым, вопреки настроению многих обитателей военного лагеря. За короткое время армия покинула место стоянки.
Весь день они провели в пути, пока не выехали на лесную прогалину-поляну, с которой они увидели высокие шпили замка Чаяния, возвышавшиеся над лесными витязями-деревьями. На концах шпилей в лучах заходящего светила сверкали солнечные звёзды. Оставалось совсем немного.
Осенний лес был тих и покоен. Природа будто ожила после целой ночи сильного ливня. Практически полностью голые деревья тянулись к солнцу, последние золотые лучи которого бросали завершающие аккорды бликов на лес, готовящийся ко сну.
Холодный октябрь был неудивителен для империи только в её северной части, но не южной, коей являлся Фингард. Несмотря на яркое солнце, ветер был холоден и неприятен, что Евдокия заметила сразу, как только они с Дрангом покинули общую процессию, чтобы разыскать один из двух тайных ходов, что вели в замок Чаяния: все понимали, что штурм замка в открытую сравним с самоубийством. Они разделились, чтобы ускорить поиски, но они пока не приносили плодов.