Фу, как грубо, зато сразу расставило все на свои места. Аристократия! Жена на третьем месте после лошади и собаки и такая же вещь. Закачаешься. Но прогресс на лицо, в средневековье в этой очереди перед женщиной ещё и меч числился. Да и ответ, зачем все было организовано, теперь понятен. Это я думала, что охоту такой мелочью не отменить, а вон как оказалось. Расчёт все же шёл на то, чтобы вообще исключить нас из участия.
-Карл, - одёрнул Сорела Жак. - Следи за тем, что несёшь.
Ух ты, Карл покраснел. Нет, правда, пошёл бардовыми пятнами. Зрелище было потрясающим, лысая блестящая голова ярко-красного цвета, как лампочка, я залюбовалась. Уверена, что такое состояние для него редкое явление. Вот бы сюда фотоаппарат, я бы это эксклюзив бережно хранила, так сказать, реликвию для потомков.
-Извините, маркиза, Вы ведёте себя и говорите, порой, с мужским взглядом на вещи и я привык разговаривать с Вами прямо и забылся. Ещё раз простите за столь неделикатное высказывание.
Не фига себе, а извиняется то он совершено искренне. Только, на мой взгляд, абсолютно зря.
-Карл, знаете, меня больше устраивает, когда со мной говорят прямо. Поэтому не стоит извиняться и менять своё отношение, оно меня вполне устраивает. Пусть грубо, но зато честно.
Я прямо посмотрела в его глаза, давая понять, что совершенно серьёзна сейчас. Он понимающе кивнул и немного расслабился.
Дальше ужин пошёл по обычному сценарию: Жак наслаждался трапезой, находясь мысленно где-то далеко от нас; Карл размеренно пережёвывал приготовленное кухаркой безобразие,периодически поглядывая на меня с любопытством; а я как всегда пыталась разыскать на тарелке хоть что-нибудь съедобное, производя раскопки среди овощей, крупы и соединяющей их жижи. Не найдя ничего приемлемого для себя пожевала простой хлеб, запивая чистой водой. Такими темпами от меня одни глаза останутся, и так эти блюда не подразумевают большое количество калорий, так и это есть не возможно. Точно! Пока Жак мне безмерно благодарен, нужно брать быка за рога.
-Жак, - лилейным голосом попела я, от чего оба мужчины вздрогнули и с подозрением уставились на меня. - Помнишь, мы говорили о том, что ты разрешишь мне внести некоторые изменения в меню?
Жак осторожно кивнул и с трудом сглотнул то, чем чуть не подавился.
-Вот я подумала, а если я не буду сразу менять все привычные Вам блюда, а лишь вставлю немного своего, так сказать, для ознакомления, ты не будешь против?
Он был явно против, но отказать не посмел и лишь осторожно кивнул.
-Спасибо! - взвизгнула я и поспешила успокоить. - Да не надо так волноваться, Вам понравиться, вот увидите!
Получив недоверчивый, но не сопротивляющийся взгляд, подскочила, направляясь в комнату, нужно составить список чего именно я хочу, и расписать блюда на составляющие для кухарки. Я летела как на крыльях, уже предвкушая нормальный обед. Вот, а всего час назад плакала. А зачем спрашивается? Все можно изменить, просто для этого не надо ждать с моря погоды, а нужно взять все в свои руки и тогда все будет, как захочешь сама.
Мой энтузиазм чуть не захлебнулся, когда меня осенили две вещи: во-первых, писать мне нечем; во-вторых, кухарка наверняка читать не умеет. Опочки! Ладно, где наша не пропадала? Все равно ж знакомиться хотела, так вот лично все объясню и покажу. Зато руки разомну, а то от безделья скоро плесенью покроюсь.
Вот так развалившись на кровати и мечтательно прикрыв глаза, перебирала в уме, что именно я съем в первую очередь. Сразу сразить их наповал пельмешками в бульоне или лучше начать с борща? А ещё хочу чего-нибудь сладенького или пирожков с яйцами и луком. Ум-м-м. На моё предвкушающее мычание отозвался голодный и согласный со мной желудок. Погладив себя по животу, про себя пообещала ему позаботиться обо всем и что он очень скоро будет доволен. Дожилась, с частями тела уже по отдельности разговариваю, раньше по большей части только сама с собой, а теперь вон, по запчастям себя воспринимаю.
Из задумчивости меня вывел тихий стук в дверь, странно ведь никого не жду. Поднявшись с кровати и подойдя к двери, приоткрыла её, выглядывая в коридор. Сказать, что я была удивлена, значит, ничего не сказать. Я была просто в шоке, ступоре, растерянности и оцепенении одновременно. За дверью во всей своей красе стоял маркиз Тристан Лебрен. Я покраснела, потом побледнела и ещё пару раз сменила окрас, пока пыталась справиться с бушующей в моей душе бурей. Пальцами вцепилась в дверь мёртвой хваткой, толи чтобы не сбежать в порыве трусости, толи чтобы не позволить себе на него наброситься буйной нимфоманкой.
С трудом сглотнув ком в горле, и распечатав мгновенно ссохшиеся губы тихо прошептала:
-Здравствуй, Тристан.
-Здравствуй, - хрипло ответил он, неотрывно изучая взглядом моё лицо от не верящих глаз до нервно подрагивающего подбородка.
