И мы пока так мало вместе, что ничего удивительного, что мне больше хочется закрыться с ним ото всех и не выпускать из рук. Даже свадьбу провести побыстрее и обратно в укромное местечко. Все равно какое. Пустая комната с матрасом на полу тоже отлично подойдет, у меня остались настолько яркие картинки нашей первой ночи в новом доме, что готова спорить, что буду вспоминать об этом очень-очень много раз. Как и о встречах в темном номере.
И ночь в номере повторить легче, потому что пустой комнаты уже нет. Влад с таким азартом взялся за дом, что я уже пару раз подколола, что его как будто держали на цепи. Он лишь кивнул и сказал, что хочет бассейн на заднем дворе.
Точно держали.
— Ого, с лентами, — Алиса довольно улыбается, когда я выхожу к ней в третьем свадебном платье, она оставляет бокал шампанского и подходит вплотную, оттесняя девушку-консультанта. — Если их завязать вот так, то будет напоминать один прекрасным комплект, который я тебе подобрала.
— И правда, — я смеюсь, замечая сходство с поясками на нижнем белье, которые также переплетались под грудью и уходили к талии. — Снова нужна инструкция.
Я смотрю на кремовое платье с изящными кружевными вставками на груди новым взглядом. Очень таким нескромным взглядом.
— А пусть жених по памяти, — Алиса даже закусывает нижнюю губу, уловив мое настроение. — Можешь не мерить остальные. Это твое.
— Ты довольна, малышка? — Влад наклоняется к моему уху и специально говорит самым низким и бархатистым голосом, от которого у меня внутри всё скручивается тугим жгутом, а кровь приливает с дикой скоростью.
Он самым наглым и банальным образом мстит мне. Мстит за свадебное платье, которое я выбрала и которое действует на него также, как на меня его порочные интонации.
— Не спрашивай меня потом, что было на церемонии, — он продолжает изощренную пытку и наклоняется еще ниже. — Сразу говорю, что ни черта не запомню. Только если узелок под твоей сумасшедшей грудью, потому что буду думать, как его развязать.
— Медленно, — дразню его и зажимаю волевой подбородок между пальцами, — я потом покажу как.
— Потом? А может вернемся в машину?
— Владик, милый, мы только приехали.
— Никто не заметит наше отсутствие. Кому мы вообще тут нужны?
Нас окликает девушка-организатор, которая отвлекается от немногочисленных гостей. Она помогла занять им правильные места и теперь берется за нас, за что получает хриплый выдох Влада сквозь зубы.
— Смотри, заметили, — подкалываю его и сжимаю пальцами локоть. — Потерпи еще чуть-чуть.
— Придется смотреть на деревья, а не на невесту.
— Давай, я не обижусь.
Все готово. Я ловлю взгляд мамы, которой врач разрешил присутствовать на церемонии, и улыбаюсь ей самой счастливой улыбкой. Так радостно на душе, что она здесь и, кажется, ее уже ничего не смущает. Подумаешь, не первоначальный жених держит дочь за руку, а совсем другой мужчина. Красивее и статнее, кстати. Хотя с моим поплывшим от счастья и желания взглядом сложно смотреть на Влада хоть сколько-нибудь трезво. Он для меня самый-самый во всех смыслах, я до встречи с ним не догадывалась, что такие мужчины существуют. То есть как идеальную схемку могла набросать в мыслях, как иногда делают женщины, составляя списки необходимых качеств претендента.
В случае с Владом пришлось бы дописывать, а не вычеркивать. Наглость, конечно, можно немного убавить, и самоуверенность тоже, потому что его иногда хочется придушить. Ласково и игриво, но придушить, особенно когда он раскатывает грязные слова с ленцой, наклоняясь близко-близко, и небрежно сыплет своими дьявольскими чарами. Он со стопроцентной уверенностью знает, как действует на меня и что у меня нет ни малейшего шанса на бунт.
Он с первой встречи был таким, и никакой грубости, агрессии или желания подчинить и использовать. Хотя сама подоплека нашей встречи могла подсказать жесткое или даже низкое поведение. Именно этого я боялась больше всего, когда соглашалась на свидание в отеле. Успокаивало лишь то, что мужчину выбирала Алиса и подруга тогда одним пылающим взглядом пообещала мне, что я буду просить еще. Просить я не собиралась, о чем сказала ей категоричным тоном и взяла с нее клятву, что мой телефон и имя останется тайной при любых обстоятельствах.
Алиса сдержала слово, а я нет. Я пропала… Из-за той самой самоуверенной силы, в которой не было ни капли угрозы. Он сразу же прикоснулся ко мне — совершенно незнакомый мужчина, который мог оказаться кем угодно, с любой внешностью и прошлым — и утянул под себя. Мы провели в номере всего несколько минут вместе, как он уже врывался в меня сзади и глубоко брал. И это было так правильно, прекрасно, что у меня даже сейчас краснеют щеки, а дыхание закручивается душной спиралью.
— Малышка, — зовет Влад, когда я сжимаю его рукав слишком сильно. — Ты же не собралась в обморок? В такое счастье трудно поверить, но соберись.
Вот именно в такие моменты его хочется придушить.
— Я тебе потом каждое самодовольное словечко припомню.
