— До Дубны ездил, там Волга, леса сосновые.
— Нет, на север мы не поедем, давай на запад, по Минке, — Консул придавил педаль газа, и мы повернули в сторону Садового кольца.
На Кутузовском проспекте Консул немного сбавил скорость.
— Смотри, мы тут не одни!
Мы проезжали мимо отделения какого-то банка. На тротуаре можно было различить силуэт человека в плаще, который остановился, чтобы рассмотреть нашу машину.
— Может, остановимся, поговорим? — предложил я, разглядывая человека и темные окна огромных кирпичных домов.
— Только без меня! — процедил Консул и прибавил скорость.
Москва осталась позади. Стало совсем светло, но густой туман скрывал обочины шоссе, где виднелись кусты, пожелтевшая трава и какие-то строения. Мотор ровно гудел, мы мчались сквозь клочья тумана, который каплями оседал на стеклах. На обочинах попадались стоящие машины, в которых сидели водители, склонившие головы на руль. Консул включил радио, понажимал кнопки, потом махнул рукой и выключил.
Я придерживал Наташку за плечо и размышлял о случившемся. План Консула мне стал ясен. Он все делал правильно, нужно как можно скорее вырваться из этого спящего мертвого мира и только тогда решать, что делать дальше. Я вспомнил черную тучу, пришедшую на Москву с юга и решил, что дело в ней. Понятно, что на юг ехать не стоило. Кто знает, может там готовится еще одна такая тучка? Ехать на север тоже было опасно. Туча отползала именно в том направлении и могла зависнуть где-нибудь неподалеку, дожидаясь нас. Заселенный запад — это было самое правильное направление. Надо ехать и искать первые признаки нормальной жизни. Но что это было? И почему мы с Консулом и тот незнакомец у банка избежали общей участи? Испытание нового психического оружия? Вот так — сразу в центре могучей страны? Это вряд ли!
Промелькнул пост ГАИ у Голицино. Туман сгустился, мы сбавили скорость.
— Что-то здесь не то! — сказал Консул и остановил машину.
Мы вышли на дорогу и огляделись. Обочина заканчивалась огромной лужей, за которой виднелись сосны. Было так тихо, словно мы находились под водой. Консул курил, прислонившись к машине.
— Дальше ехать опасно, — сказал он, не поворачиваясь. — Я чувствую, что путь закрыт, но не понимаю как.
Я вышел на середину дороги, посмотрел вперед, потом назад и пожал плечами. Те несколько метров, которые проглядывали сквозь туман, выглядели совершенно одинаково.
— Тут не смотреть надо, а чувствовать, — сказал Консул. — Здесь снова, как вчера вечером в городе.
Я прислушался к тому, что творилось у меня в организме. Нет, не было чувства опасности, не было пульсирующего сосудика в виске, не было пыли в глазах. Спать мне хотелось, но это было нормально после стольких приключений и укачивающей поездки.
— Ничего не чувствую, — сказал я. — Кстати, у меня тут дача неподалеку.
— Сейчас самое время на грядках урожай собирать! Ладно, погнали! — Консул выбросил сигарету и сел в машину.
Километров через десять туман стал менять цвет: из молочно-белого он превратился в цветной. Перед ветровым стеклом стали мелькать фиолетовые и желтые пятна. Когда пятна сливались в причудливые фигуры, то казалось, что мы несемся прямо в пасть какого-то чудовища. Мне стало не по себе. Если бы я был за рулем, то развернул бы машину и помчался обратно. Консул сопел, тер затылок рукой, но скорость не сбавлял. И тут я услышал, как застонала Наташка. Она открыла глаза и посмотрела на меня.
— Доброе утро! — я похлопал ее по щеке.
— Где я? — спросила Наташка. — Голова болит… что-то я ничего не понимаю…
— Мы на дачу едем, с приятелем, — от радости я не знал, что сказать.
— Каким-таким приятелем? А почему я в ночной рубашке? Ты котлеты взял?
— Целы твои котлеты, всю машину провоняли! Ты пока лежи, все вопросы потом.
— Мне такой странный сон снился…
Она начала что-то бормотать, потом схватила меня за руку, смолкла, начала улыбаться. Свободной рукой я погладил ее по голове. Я не хотел ей ничего говорить. Да и что я мог ей сказать? Но тут…
— Что за черт!
Консул нажал на тормоз, резко повернул руль, машина дернулась и устремилась на обочину. Я посмотрел вперед и замер от ужаса.
Сквозь клочья фиолетового тумана, ослепляя нас ярким желтым светом, навстречу летел огромный грузовик. Казалось, что уже ничто не сможет нас спасти, и через секунду наша машина превратится в груду искореженного металла, битого стекла и кровавого месива. Хотелось просто зажмуриться и отдаться на волю судьбе.
Консул творил чудеса. Он мгновенно перевел коробку передач в ручной режим, поставил самую низкую скорость и непрерывно крутил руль, чудом удерживая машину от заноса. Нас бросало из стороны в сторону, по днищу стучали камни, потом за левыми стеклами промелькнуло что-то темное, и все внезапно стихло.
Мы стояли на обочине. Консул заглушил двигатель, выключил фары, цветные пятна за окном исчезли, нас снова окутал плотный туман.
— Тихо-то как! — прошептала Наташка.
Консул повернулся, долго смотрел на Наташку, потом достал сигарету и вышел из машины. Я видел, как он пошел к середине дороги, туман скрыл его, я повернулся к Наташке.