— Сойер, ты должна хотя бы попытаться быть счастливой. Я знаю, что твоя семья сильно тебя обидела и ты закрылась от любых отношений, кроме наших, конечно. Мне просто грустно смотреть, как ты переживаешь это, — говорит Кэсси.
— Кэсси, я счастлива. Правда. Я работаю, учусь в колледже, собираюсь закончить его в этом году, а потом, надеюсь, смогу открыть студию, о которой мечтала.
— Но это все равно говорит о том, что ты все делаешь сама! — восклицает она.
— А что насчет тебя? Я не вижу, чтобы ты встречалась или ходила в бары, пытаясь найти кого-то, с кем можно провести ночь. Почему только я? — спрашиваю я.
— Со мной… все по-другому, Сойер, — тихо отвечает Кэсси. — Я не хожу на свидания, но это не значит, что против. Я просто не ищу их.
Кэсси оправдывается, и я чувствую, что она не совсем честна со мной или с собой. И, к сожалению, это вопрос для другого дня.
— Кэсси, мне очень жаль. Давай найдем время сходить куда-нибудь в эти выходные. Мне нужно выйти через пять минут, если хочу успеть на занятия вовремя, — говорю я, продолжая собираться.
— Хорошо, пожалуйста, подумай о том, что я сказала. Не хочу, чтобы ты упустила что-то, потому что слишком закрыта, чтобы разглядеть очевидное, пока не станет слишком поздно. Рекс казался другим, плюс у него такое папино обаяние, от которого девушки сходят с ума, — ухмыляется она.
Она быстро подмигивает мне, прежде чем выскользнуть из моей комнаты и пойти на кухню. Надеюсь, она готовит кофе, и я смогу украдкой выпить чашку по дороге. Для чего нужны назойливые лучшие подруги-соседки, если не из-за их умения варить кофе?
Весь оставшийся день я не перестаю думать о ее словах. Я могу признаться себе, что мне действительно нравилось проводить время с Рексом. Хотелось увидеть ворчливого засранца, потому что обычно он был ворчлив только по отношению ко всем остальным, а не ко мне.
Я отгоняю эту мысль, потому что если бы для него это на самом деле что-то значило, то он был бы гораздо добрее ко мне.
Когда прихожу в детский сад, я радуюсь, что дети сегодня смогут отвлечь меня от мыслей о нем, даже если его дочь сразу же пристраивается рядом, как только видит меня. Следующие пару часов мы проводим за художественными проектами, чаепитием и, конечно же, переодеванием.
— Мисс Дэниелс! Мы сегодня будем заниматься балетом? Моя бабушка купила мне красивую фиолетовую юбку, как у вас! — Рори просто визжит от восторга.
— Да, милая. Мы будем сегодня заниматься балетом. — Я улыбаюсь. — Не могу дождаться, когда увижу твою красивую фиолетовую юбку. Уверена, она прекрасна.
— Да! Мне нравится! Мы уже можем переодеться?!
— Еще не время, но скоро!
— Хорошо, — почти хнычет Рори, но возвращается к кухонному гарнитуру, где играют остальные дети, и тут же с улыбкой присоединяется к ним.
Меня просто поражает, насколько выносливы дети. Они принимают разочарование спокойно, обычно не позволяя ему повлиять на их день. Я бы хотела, чтобы взрослые брали с них пример, и, что еще важнее, желала бы этого себе. Вместо этого я все еще думаю о Рексе, пока убираю проект, который мы сделали ранее.
Вот почему я не занимаюсь сексом и прекрасно справляюсь с ролью единственного источника собственного удовольствия. Ну, я и мои друзья на батарейках — нам всем иногда нужна помощь. Но когда вовлекаешь других людей, появляются чувства, даже если пообещала себе, что их не будет. Не люблю чувства, тем более что они обычно заканчиваются болью.
Я должна перестать думать о нем и о том, что произошло. Все кончено, и мне просто нужно двигаться дальше.
Когда рабочий день подходит к концу, родители начинают приходить за своими детьми, остаются только Рори и еще одна девочка по имени Бейли для сегодняшнего занятия. Они переодеваются в купальники и выходят, когда им нужна помощь с балетными тапочками, прежде чем мы приступаем к занятиям.
— Ну как, мисс Дэниелс? Вам нравится моя юбка? Она фиолетовая! Прямо как ваша! — взволнованно говорит Рори.
— Да, Рори! Она такая красивая, и сегодня мы подходим друг другу. Бейли, твоя юбка тоже такая красивая, она розово-фиолетовая, как и наша.
— Да! Такая красивая! — вторит Рори.
Бейли только возбужденно хихикает.
Я люблю учить маленьких детей балету. Мне кажется, что передаю им частичку своей души, обучая их тому, что так люблю. На самом деле я не танцевала с тех пор, как получила травму в шестнадцать лет. После того, как оправилась от травмы, так расстроилась из-за того, что моя мечта умерла, что не могла представить, что когда-нибудь снова выйду на сцену. С тех пор я больше не думаю о выступлениях, но по-прежнему боюсь танцевать и снова травмировать себя. Думаю, в глубине души также страшусь, что не смогу танцевать так, как раньше, и то, что у меня навсегда отнимут эту возможность, может оказаться слишком тяжелым испытанием.
Видимо, слишком боялась узнать об этом, поэтому перестала заниматься танцами, хотя и скучаю по ним, как сумасшедшая.
— Тетя Лала!!! — слышу я крик Рори, пока меняю музыку.
— Привет, Рори! — кричит в ответ Стелла.
— Я так по тебе скучала! — восклицает Рори.
