Сидеть здесь на кухне с таким великолепным мужчиной, который собирается приготовить мне еду, слишком хорошо, чтобы быть правдой. Мне хочется ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон. Но когда Рекс выходит из кладовки с ингредиентами для начос, я молюсь, чтобы это был не сон. Мужчина идеален.
Тридцать минут спустя мы сидим в патио, уютно устроившись под одеялом, потому что мы все еще голые, и доедаем начос. Мирно, идеально, но мой мозг работает, задавая вопросы, на которые мне нужны ответы. Сейчас.
— Хорошо. Мы можем обсудить слона в комнате? — наконец спрашиваю я.
— И что же именно? — Рекс ворчит мне в шею, скользя руками по моему телу, притягивая меня обратно к себе.
— Что мы делаем? Что изменилось? — спрашиваю я, раздраженная его очевидным безразличием.
— Мы делаем это, — говорит Рекс, проводя поцелуями по моей шее. — Послушай, я не лгал. Я не могу насытиться тобой. Не могу выбросить тебя из головы. На данный момент я устал бороться с этим, поэтому хочу посмотреть, к чему это приведет.
— Но как же твоя дочь? Мой брат? Моя работа? — Я запинаюсь, пытаясь избежать поцелуев, которыми он продолжает осыпать мою шею. — У тебя же было много причин, почему это плохая идея, но теперь, похоже, ты совсем об этом не думаешь, и я в замешательстве.
— Когда дело касается Рори, мы позволим всему происходить естественно. Мы не обманываем, не думаю, что сейчас нужно устраивать знакомство. Пусть все идет свои чередом. — Он пожимает плечами, похоже, ему это нравится больше, чем я предполагала.
— Мой брат? — спрашиваю я.
— Вы близки? — спрашивает он.
— Нисколько. Мы почти не разговариваем. Сейчас он даже не считает меня семьей, — говорю я ему, не в силах полностью скрыть грусти.
— Ну тогда, малышка, мы не делаем ничего предосудительного. Если это станет проблемой, тогда и будем ее решать. А насчет твоей работы даже и говорить нечего. Я был неправ раньше, это не мое дело — вмешиваться в то, чем ты зарабатываешь на жизнь. Нравится ли мне, когда на тебя пялятся другие мужчины? Точно нет. Но я не собираюсь мешать тебе заниматься тем, что делает тебя счастливой. Думаю, для меня это тяжело, потому что ты достойна большего. Мне просто трудно смотреть, через что тебе приходится проходить, чтобы достичь свой мечты.
Взяв меня за подбородок, Рекс разворачивает меня лицом к себе.
— У меня есть вопросы, — говорит он, не отпуская мой подбородок. — Что у тебя за мечта? Речь идет о танцевальной студии? Ты уже положила глаз на какую-то конкретную? Или цель — просто делать все самой? — спрашивает он.
— Честно говоря, никогда не планировала заниматься всем сама. Мой отец — большой кусок дерьма, оставил нам деньги, когда уходил, а также деньги на наше обучение. К сожалению, деньги просто отдали маме, чтобы она «использовала их для учебы», но официальных бумаг не имелось, — рассказываю ему, играя рукой с его волосами и пытаясь найти хоть какой-то способ отвлечься. — Все было замечательно, пока мы с братом не поссорились. После этого он как-то убедил маму, что я делаю ужасный выбор в своей жизни и что зря трачу время на образование. Поэтому она перестала платить. Я не могла больше потратить пятьдесят тысяч долларов, которые дал мне отец, на приобретение студии; вместо этого использовала их, чтобы закончить свое образование, поэтому мне нужно было найти другой способ финансирования студии. Вот тут-то и пришла на помощь «Атлантида». Для меня это надежный способ быстро заработать много денег. Молли всегда заботится о том, чтобы я чувствовала себя в безопасности. Я работаю до тех пор, пока у меня не будет достаточно денег, чтобы меня могли рассмотреть на предмет аренды одной из студий. Так что нет, у меня нет на примете конкретной студии; я просто хочу иметь одну в городе, где смогу помогать детям. Даже если я сама все сделаю. У меня просто не было выбора, и я не собиралась сдаваться и не позволю им украсть у меня мою мечту, — закончиваю со вздохом.
— Я понимаю. Мне жаль, что все это случилось с тобой, но это так чертовски привлекательно, что ты не позволяешь ничему остановить тебя. Ты следуешь своей мечте и делаешь все, чтобы ее достичь. Это чертовски сексуально, Сойер.
Не успеваю ответить или придумать, что сказать, как он целует меня, запуская руки в волосы, словно боясь, что я ускользну. Отстранившись, он смотрит на меня и снова говорит:
— Послушай, Рори и я, мы оба через многое прошли. Я не говорю, что будет легко. Черт, я могу тебя заверить, что не будет. Я уже давно не был чьим-то парнем. Но могу пообещать тебе, что постараюсь. Ради тебя. Ради нас. Просто будь терпелива со мной. Мне страшно впускать людей в нашу жизнь. Но я пытаюсь.
Я не могу сдержать слезы, которые наворачиваются на глаза, но киваю и бормочу «хорошо», прежде чем поцеловать его в ответ.
— Рекс, я хочу понять. Мне нужно знать, с чем я столкнусь, чтобы чувствовать себя комфортно, — честно говорю ему.
