Она снова расслабляется, превращаясь в более мягкую версию самой себя, и это невероятно интригует. То, как она может измениться в одно мгновение, безупречно, без сильных эмоций между ними, просто удивительно. Она перекидывает волосы через плечо, привлекая внимание к тонкой лямке майки. Я ловлю себя на том, что позволяю своим глазам блуждать по ее коже. Татуировки расползаются по ее ключице и исчезают за плечом. Татуировки, пирсинг и странная личность. Всё, что меня никогда не интересовало, до сих пор.
— Я не против. Я редко выхожу на улицу. Заберешь нас в семь? — кокетливо говорит она.
— Нас? — удивляюсь я, потому что за все время, что здесь сижу, она не упомянула ни одного человека.
— Я имела в виду себя. Заедешь за мной в семь? Я буду дома к тому времени, и успею привести себя в порядок. — Она говорит, глядя вниз, смущенно. Черт возьми, она такая... интересная.
— Я буду там. — Агония хватает меня за руку и записывает на ладони свой адрес. Легонько дует на ладонь, чтобы высушить чернила, и, клянусь, я чуть не растаял.
С этим она выскользнула из кабинки и вышла из опустевшей кофейни. Я смотрю на руку, все еще чувствуя мягкое дуновение ее дыхания на своей коже.
Глава 2
Агония
Это странно.
Разговаривать с кем-то, оставаясь в состоянии держать ее на расстоянии, не полностью, но по крайней мере, она не ворвалась и не устроила сцену. У нее есть собственный разум, и она появляется без предупреждения, чтобы все испортить, оставив меня собирать осколки. Что-то в Монте сильно на меня повлияло, и я почувствовала себя спокойной, так что, возможно, и она тоже.
Выйдя из кофейни, я отправилась в секонд-хенд, чтобы выбрать себе наряд. Взволнованная тем, что у меня наконец-то будет свидание. Статус новичка в этом колледже имеет свои преимущества. Нас никто не знает, и я планирую, чтобы так оно и оставалось. Я жажду нормальной жизни, и готова, наконец, узнать, каково это.
Прогуливаясь по магазину, я замечаю небольшой отдел с надписью «Платья» и направляюсь к нему. Я никогда не носила платьев, но хочу, чтобы Монте растаял, когда увидит меня разодетой для него.
— Прекрати. Почему ты всегда думаешь о таком? Это неуместно, — шепчу я.
За моей спиной раздается хихиканье, и тут я замечаю, что на меня смотрят две женщины. Они одеты в одинаковые наряды, что выглядит очень по-дурацки. Над чем они смеются? Лучше бы не надо мной, потому что ей бы это не понравилось. Я снова перевожу взгляд на вешалку с одеждой и продолжаю просматривать небольшой выбор платьев.
— Нет. Уходи. — парирую я.
Похлопывание по плечу привлекает мое внимание к одной из женщин, стоящей позади меня.
— С тобой все хорошо? Ты разговаривала сама с собой все время, пока была здесь. — Блондинка громко смеется. Вторая девушка подходит к подруге и хихикает над ее вопросом.
— Пожалуйста, просто уходите. Она вас услышит, — говорю я, опустив голову.
— Слушай, потаскушка, не лезь не в свое дело, или я вырву тебе язык и заставлю твою гребаную подружку съесть его!
Глаза блондинки расширяются, а рот приоткрывается. Они обе выглядят испуганными, когда убегают от меня и выходят за дверь.
Стараясь забыть о случившемся, возвращаюсь к просмотру платьев. Отодвинув три в сторону, я нахожу идеальное.
Хватаю его с вешалки и иду к кассе, чтобы взять ключ от раздевалки. Оказавшись в крошечной комнате, я раздеваюсь и надеваю платье.
— Прекрати. Мне не интересно твое мнение, — отвечаю я, надеясь, что она уйдет. И она это делает.
Платье потрясающее. Черные кружева обрамляют мои бедра, а тонкие бретельки покрывают татуированные плечи. Низкий вырез v-образной формы, выглядит соблазнительно, но скрывает все необходимое, подстегивая воображение гадать, что прячется под ним.
— Оно то самое, — шепчу я себе.
Закатив глаза и игнорирую ее.
Снова переодевшись, я пристраиваю на дверь вешалку, на которой висело платье. Открываю рюкзак и засовываю платье внутрь. Поправляюсь и, прежде чем выйти из примерочной, бросаю взгляд на себя в зеркало. Я улыбаюсь. Довольная всеми изменениями, которые мы сделали до того, как переехали сюда. Я выгляжу так, как себя чувствую.
Как палитра различных цветов, создающих оптическую иллюзию. Никто никогда не узнает нас, какими мы были раньше, потому что я планирую держать эти скелеты глубоко внутри.
