Дэймон оказался у решетки сразу, как только они подошли к камере. Джереми деликатно отвернулся, но не вышел в коридор. Впрочем, Жак не обращала на него внимания, она осматривала Дэймона. Однако у него оказалось не так много повреждений, и двигался он нормально, и только на подбородке намечался огромный синяк. Все же девушка откупорила флакон и, просунув руку сквозь решетку, стала смазывать его раны.
– Похоже, ты продолжаешь обо мне заботиться, Жак, – ухмыльнулся он.
– Похоже, ты так и не смог заставить себя убраться с дороги Мэлори, – парировала она.
Дэймон тоже просунул руку сквозь прутья и погладил ее по щеке.
– Извини, что похитил тебя – дважды похитил, – тихо сказал он. – Придет день, и я вознагражу тебя за все это.
– Даже не пытайся, приятель! – предупредил его по-прежнему стоящий к ним спиной Джереми.
– Мне жаль твоего отца, – произнесла Жаклин, – и я понимаю теперь, почему ты ненавидел моего отца.
– Я не знаю, почему моя мать нас покинула, – вздохнул Дэймон, – и теперь, наверное, никогда не узнаю. Но я мог бы предотвратить то, что случилось с отцом, если бы он дал мне понять, что происходит. Но в его письмах не было и намека на это, и они по-прежнему приходили с Ямайки, хотя он сидел в тюрьме на Ангилье. Наверное, отец попросил кого-то из друзей посылать его письма и перехватывать мои, чтобы я не узнал, какая беда с ним приключилась. Я ведь написал ему, что получил наследство в Англии, но он не попросил меня о помощи.
– Гордость? – предположила Жак.
– Отец бы уже сгнил в тюрьме к тому моменту, как я вернулся, – с отвращением сказал Дэймон. – Не понимаю я такой гордости.
Девушка представила себе, какие ужасные эмоции он испытал, вернувшись на Ямайку и узнав все это.
– Но почему отец послал тебя учиться в Англию, если у него на самом деле не было денег?
– Почему же не было? В то время плантация приносила доход, отец даже прикупил корабль, чтобы сделать деньги на перевозках. Это был мой любимый корабль, – добавил Дэймон, – на нем я научился плавать. Но мама хотела, чтобы я учился в Англии. Я помню, как она говорила мне и отцу, что Ривзы всегда получали отличное образование. Так что, хотя она нас и покинула, он хотел выполнить ее желание. Но я не знал, что отец азартный игрок!
– Эта страсть приносит больше убытков, чем доходов.
Тут Джереми повернулся и сказал:
– Все, Жак. Ты убедилась, что он не нуждается в госпитальной койке.
Глядя на Дэймона, девушка печально вздохнула. Джереми потащил ее назад.
– Это только начало, Жак! – крикнул ей вслед Дэймон.
Но она не поняла, что он имеет в виду.
Джеймс сдержал слово. До конца плавания, пока Дэймон был на борту «Девы Джордж», Жаклин ни на секунду не оставалась одна. Дэймона выпустили из камеры, и ему была предоставлена каюта, но для Жаклин ничего не изменилась, так как она днем и ночью находилась под наблюдением охранников. Когда девушка пыталась приблизиться к Дэймону и прошептать ему что-нибудь на ухо, ее бесцеремонно от него оттаскивали.
Это было невыносимо! И к чему вообще был этот запрет? К сожалению, Жаклин догадывалась, что могло стать причиной. Она слишком явно проявила неравнодушие к Дэймону при захвате его судна, и отец решил, что пора положить этой «дружбе» конец. Из-за старой истории с его матерью Джеймс считал себя должником Дэймона, однако это не означало, что Дэймону полностью простили все его прегрешения. Жаклин должна была быть рада, что вся ситуация разрешилась благополучно и Дэймон вообще остался жив после знакомства с ее отцом, но… она еще не завершила свои отношения с ним, не насытилась им – а все из-за брата!
Когда они приблизились к Сент-Китсу, Джеймс распорядился поставить флотилию на якорь неподалеку от имения Натана Брукса, тестя Дрю. Имение располагалось на берегу океана, но вдалеке от главной гавани. Люди Лакросса, если они были в городе, не узнали бы о прибытии флотилии. Брукса в имении не было, но слуги тепло приняли зятя хозяина и его друзей.
В шлюпку, идущую к берегу, сели только Мэлори, их родственники и Дэймон. Жаклин не пригласили на устроенный вечером военный совет, хотя туда был приглашен Джереми. Что же, теперь ему не придется подслушивать вместе с ней под окнами. Впрочем, тут бы им пришлось притаиться на просторной веранде за широко распахнутыми высокими дверями – не самая удобная позиция для подслушивания. Теплый ночной ветер дул сквозь раскрытые окна внутрь помещения, и Жаклин, притаившейся у стены рядом с одним из высоких окон, было трудно расслышать слова Уоррена, Дрю, Бойда и Энтони, обсуждавших стратегию действий.
Дэймон что-то очень тихо произнес – девушка расслышала только слово «таверна», – но зато в ответ немедленно раздался рык Джеймса:
– Почему ты не сказал мне этого раньше?! Жак!
Она даже не пыталась скрыть, что подслушивала, и немедленно вбежала в комнату, где в ярости бушевал Джеймс.
