Москва без машин и общественного транспорта напоминает собой старую часть Венеции. Только каналы, пешеходы и никакого автомобильно-мотоциклетного фарша. Нет, Москва гораздо лучше. Разве может сравниться пустующая парадная шестирядная Тверская с каким-нибудь замшелым северо-итальянским переулочком? Уже ради этого стоит бежать марафон. Ведь даже в Питере на марафоне скупятся перекрыть Невский проспект, а на пробеге Пушкин-Санкт-Петербург в этот день машина сбила бегунью. А здесь только ты, широкие проспекты и полицейские по стойке "смирно" через каждые двадцать метров. Ощущение, что в будущее переместился или нефть закончилась. Я уже не говорю про набирающую моду "дай пять". То и дело пока ещё куцые стайки болельщиков, разместившиеся, как правило, у пунктов питания норовят почувствовать ладошку пробегающих марафонцев. Лично мне нравится, так как избавляет от монотонности бега.
С питанием организаторы постарались на славу. С десятого километра бананы, апельсины, вода, изотоник, освежающие губки, к которым присоединились чуть позже хлеб с солью, яблоки и кола. Беги - не хочу. Конечно, не сравнить с марафоном на Этну, где раздавали Грано Падано и дыни с курагой и миндалём. Хотя свой первый марафон я бежал на хлебе, чае и воде и показал 2:52. Все эти заморские штучки в то время были в дефиците, а люди в средней своей массе бежали почему-то быстрее. Ну да ладно, хорошо, что мы стали жить лучше и имеем возможность выбирать в магазине или в интернете кроссовки, и больше не приходится самостоятельно склеивать замшевый верх от московского "Адидас" с подошвой от фабрики "Киев-спорт".
Питательные пункты чередуются каждые два с половиной километра, что не может не нравиться. Можно и губку поменять и чем-то вкусненьким запастись. Сегодня пожертвовал завтраком ради сна и поэтому надо думать о пуле гликогена.
Самое главное на марафоне после того, как темп стабилизировался - это занять голову. Хорошо, когда есть с кем поболтать, а когда - нет. Ну, встретил друга, знакомого, родное лицо - подбодрил себя и их. А дальше? К тому же я оказался в ситуации постоянных обгонов, и спарринг-партнера найти довольно проблематично. Хорошо, что вокруг всё постоянно меняется. Улицы, по которым ходил лишь по тротуарам или пробегал во время прошлогоднего марафона, а сейчас заново приветствуешь их. Бегуны, которых не спеша подбираешь. Секундомер с километровыми отметками, как показатель знания своего организма. Фотографы, болельщики, случайные прохожие и размышления о беге или на бегу о жизни. Некоторые считают свои марафоны, я - нет. Знаю, что их больше полусотни, а может уже и сотня, но это никогда не было принципом. Мы ведь не считаем свои дни, а марафон - это такой же день, такая же жизнь, пусть и местами своеобразная. Некоторые считают его преодоление геройством. Но ты ведь никого не спасаешь, скорее наоборот - это признак некоторого сибаритства. В бедной Кении бегают, чтобы выбиться в люди, в иных странах, где ВВП сродни африканскому уровню, к такому роду активности относятся с непониманием. Марафон - это награда собственному тщеславию, вариант истероидного поведения или самолюбование, во время которого получаешь максимум человеческой поддержки, способ развития и укрепления волевых качеств, ну и, наверное, личный таймшеринг. Когда я готовился к личному рекорду в 2004 году (2:31.20), мой трёхмесячный план тренировок был записан на обоях комнаты и дублировался после выполнения в дневнике, который я вёл на протяжении двух десятков лет занятий бегом.
- Слава, Славочка, давай, милый, потерпи, чуть-чуть осталось! - магические слова, которые выводят из равновесия. Я глазами ищу обладательницу незнакомого мне голоса и натыкаюсь на улыбающуюся высокую блондинку с жёлтой майкой и надписью "волонтёр". Кажется, что ещё чуть чуть - и она бросится мне на шею.
"Такая мелочь, как напечатанное на номере имя, а как приятно!" - подумал про себя. Ну, где ещё можно получить такую мощную психотерапевтическую струю, как не на марафоне? Если вы нуждаетесь в социальной поддержке на протяжении трёх-четырёх-пяти часов, то надо пополнять ряды марафонцев! Такого радушия, как на этом марафоне, я ещё не встречал.
В размышлениях подобрался к тридцатке. На часах 2:06 с секундами. Осталось двенадцать километров. Внезапно почувствовал себя сдувающимся шариком, на который давит внеземная гравитация. В мышцах свинец, в голове туман. Темп падает ниже пяти минут.
- Стена, Слава? - спрашивает нагоняющий меня Игорь Владимиров, - может, гель с энергетиком примешь?
- Спасибо. Думаю, что уже не поможет.
