От: Шкафчик 89 ‹locker89@gmail.com›
7:53 (0 мин назад)
Кому: Хэдли Рохан
Привет, Хэдли!
«Крутится» – отличное определение. Он держится на твоей орбите, и это также знак того, что ты – на его. Пока не могу с точностью сказать, знак ли это, что он хочет снова быть вместе или что у него до сих пор есть чувства к тебе, но могу сказать – ты на его горизонте. Он знает о тебе и замечает твое присутствие. Возможно, он из тех людей, которые просматривают и лайкают все, что попадается в ленте. Тебе виднее!
Кроме того, я бы не советовала тебе подходить к нему. Если он тебя бросил и не приложил усилий, чтобы выйти с тобой на контакт, это значит, что по какой-то причине он не хочет сейчас общаться. Но если он хочет вернуть тебя? После такого разрыва ты точно заслуживаешь пылких ухаживаний. Не бери на себя эмоциональную ответственность исправить то, что он разрушил, особенно учитывая, что ваш разрыв не был твоей виной. Если он подойдет к тебе, рекомендую оставаться вежливой, но не бросаться в огонь слишком быстро. У тебя есть полное право не торопиться, решить, готово ли твое сердце, и спросить его, что изменилось и не передумает ли он снова через месяц.
Броэм мгновенно заметил меня и, пробравшись сквозь толпу, быстрым шагом направился ко мне.
Судя по всему, я позвонила ему тогда, когда он уже готовился ко сну. Во-первых, от него пахло абрикосами, будто он только что вышел из душа, а его волосы были растрепаны и торчали в разные стороны. Вместо опрятной одежды в стиле кэжуал на нем были спортивные штаны и белая мешковатая майка, обнажающая руки. Как ни странно, он выглядел мило. Даже слишком.
Пока он не заговорил отрывистым, серьезным тоном:
– Где он?
– Дальше по коридору, идем.
Он приклеился ко мне, пока мы обходили гостиную, лавируя между небольшими группами болтающих и пьющих подростков, следуя за мягким голубым сиянием, исходящим от телевизора.
– Спасибо, что приехал, – сказала я. – Знаю, что у тебя утром тренировка, но…
– Эй, – оборвал меня Броэм, сжимая мое предплечье. Я остановилась и посмотрела ему прямо в глаза, а он сделал шаг мне навстречу, чертовски серьезный. – Это Финн. Если с ним что-то случилось и я узнаю, что ты мне не позвонила… Я возненавижу тебя до конца твоих дней, а затем испорчу твои похороны, рассказав всем, какое ты дерьмо. А если я умру первым? Я буду преследовать тебя до тех пор, пока ты не пожалеешь, что не умерла раньше меня.
Я вырвала свою руку. Вот тебе и благодарность.
– А если тебе не удастся попасть на мои похороны, то, клянусь богом, ты узнаешь, каково это – быть преследуемым призраком.
Броэм пожал плечами.
– Не беспокойся, мы избежали неразберихи, потому что у тебя хватило ума позвонить мне. Разве ты не рада?
– В полном экстазе.
Рей и Брук подпрыгнули, когда я открыла дверь. Конечно, Рей ринулась мне на замену сразу, как только я переступила порог этой комнаты. Я не хотела ничего знать, поэтому не думала об этом, не думала, как они целовались, не обращая внимания, как их друга тошнило и он нуждался в помощи и поддержке, лежа всего в нескольких сантиметрах от них, возможно, все еще облизывая ковер. Не думала, как это дерьмово, и о том, что Брук никогда бы не сделала ничего подобного до встречи с Рей, и что Рей делала все и вся хуже, потому что была лгуньей и эгоисткой и совершала жестокие вещи с людьми, которых должна была любить.
Ни о чем этом я не думала.
Мой самоконтроль действительно улучшился за эти дни, и я гордилась собой.
– Какой же ты болван, – нежно сказал Броэм, присаживаясь перед Финном так, чтобы они оказались лицом к лицу.
– Я хочу прекратить это. Можешь прекратить это?
– Чувак, тебя накрыло. – Броэм подхватил Финна под руки и легко поднял его на ноги. – Можешь идти? Ты в порядке?
– Да, я… да.
Финн стоял без видимых затруднений, но Броэм все равно схватил его за плечо.
– Ладно, обдолбыш, идем. Можешь остаться у меня сегодня.
