– В каком-то смысле я должен благодарить за это родителей, – продолжил Броэм. – Помимо того, что они меня обеспечивают. В детстве я много занимался плаваньем, что часто служило поводом ненадолго уйти из дома, а сейчас это нечто большее. И мне нравится предсказуемость плавания. Ты вкладываешь усилия и получаешь результат. Если тренируешься, то становишься лучше. И потом я вступил в школьную команду, когда был помладше, и понял, что у меня неплохо получается. К тому же, приятно чувствовать себя нужным.
Я поняла. После того как увидела, как его мама смотрит на него, я прекрасно понимала желание Броэма отлично выступать на соревнованиях и впечатлять тренера и товарищей по команде.
В конце концов каждый хочет почувствовать себя нужным.
Наступила пауза, и Броэм, извинившись, отошел в туалет. Я думала, что ему не совсем комфортно быть таким уязвимым, но это не я втянула его в разговор.
Я вытащила телефон, чтобы проверить сообщения, когда официантка принесла нам кофе. Меня уже ждало сообщение от Брук.
Моя жизнь – черная дыра.
Что-то очень похожее на чувство вины забарабанило у меня в животе. В то же время я не могла не заметить, насколько внимательнее она вдруг стала ко мне. Она бы не написала мне так скоро после встречи, когда была с Рей.
Может, Брук писала мне тогда, когда пыталась не писать сообщения Рей.
Люблю тебя. Прости.
Ты нормально доехала до дома?
Сделала небольшой крюк.
Пью кофе с Броэмом.
Окей, стой. Меньше чем 24 часа назад мы прошли несколько стадий: ты никогда не упоминала его; у тебя есть его номер; вы болтаете после уроков; КОФЕ??
Да вы, ребята, встречаетесь, и ты не хочешь говорить мне, потому что моя личная жизнь на дне? Это совершенно не нужно, я хочу знать все!!!
Держа руки в карманах, Броэм вернулся к столу. Я быстро написала ответ.
Это не то, чем кажется, клянусь.
Объясню позже. Сейчас не могу.
Как только Броэм сел, я положила телефон экраном вниз.
– Итак… – сказала я, подыскивая предмет для обсуждения. И тут очевидная тема пришла мне в голову. После Диснейленда я не слышала ничего об этом. – Как там ситуация с Вайноной?
Броэм насыпал немного сахара в кофе и размешал его.
– Мы почти не общались с тех пор. Она лайкнула одну из моих фоток недавно. Больше нечего сказать.
– Тебя это устраивает?
– Не то чтобы у меня был выбор. Но да, я в порядке. Как обстоят дела с Брук?
Ха. Ха. Это был вопрос года.
– Ну, мы… нормально. Вчера вечером она и Рей расстались.
– Вот дерьмо. Что случилось?
Я не думала, что Броэм окажется лучшим собеседником на эту тему, но в каком-то смысле он им являлся. Он обладал большей информацией обо всей ситуации, чем кто-либо, кроме Эйнсли.
– Я узнала, что Рей поступила непорядочно по отношению к Брук еще до того, как они начали встречаться, и рассказала об этом Брук.
– Дерьмо, – снова сказал он. – Могу спросить, что она сделала?
Я покачала головой, глядя на свой кофе со льдом. После неразберихи прошлой ночи я не хотела усложнять ситуацию, распространяя сплетни. Даже если и сомневалась, что Броэм пойдет и поделится со всеми.
Броэм с любопытством уставился на меня.
– …Могу я спросить, как ты узнала об этом?
Я встретилась с ним глазами, и, должно быть, чувство вины выдало меня, потому что он потер подбородок рукой и качнул головой.
– Дерьмо.
– Знаю, знаю. Обычно я не использую шкафчик для таких вещей, клянусь.
– Обычно?
– Почти никогда. Только однажды, и это тоже было с Брук.
Он не проявил никакой реакции, но это само по себе было реакцией.
– Да, знаю, как это выглядит, – сказала я. – Но я пыталась позаботиться о Брук.
Броэм широко раскрыл глаза и сделал глоток кофе.
– Что? – спросила я.
– Ничего.
О господи, он осуждал меня. Учитывая, что его мнение не слишком много значило для меня, я была удивлена, как сильно меня задела эта мысль.
– Лучше бы я этого не говорила, – сказала я, глядя на колени. – Теперь ты думаешь, что я ужасный человек.
– Тебе еще далеко до ужасного человека. Но звучит так, будто ты понимаешь, что делала все это не ради Брук.
– Почему ты не можешь сказать, что это нормально – немного переборщить, когда ты влюблен?
Броэм прищурился и лениво пожал плечами.
– Это то, что ты бы ответила тому, кто написал бы тебе о подобном?
У меня болела голова, и мне казалось, что кто-то привязал якорь к моей талии и бросил его посреди океана. Броэм был прав, и он частенько оказывался прав, за что я немного ненавидела его. Самодовольный кретин.
Было намного проще злиться на Броэма, чем на себя.
Броэм казался невозмутимым.
