– Чего ты еще не знала о нем, когда вы встретились. – Тон Мэнди становится подозрительным. – Почему ты не сказала мне, что знакома с ним?
– Я не была с ним знакома, – лгу я.
Я не хочу врать, но это необходимо. Если Мэнди все узнает, я умру от стыда.
– Дай угадаю. Ты забыла упомянуть, что он водит Ламборгини? – Она вскидывает руки в капитуляции. – О боже, Ава.
Почему все одержимы дурацкой машиной? Машиной которая не стоит своих денег. Я имею в виду, что большинство людей не могут позволить себе застраховать её и содержать. Её нельзя парковать в небезопасных местах и, по крайней мере, каждый пятый задумывается об угоне при виде этой тачки.
Это безумие.
– Опять же, я понятия не имела, – бормочу я.
– Да, верно. Даже кто-то вроде тебя должен был обратить на это внимание, – сухо говорит Мэнди. – Очень сложно забыть такого парня.
Она права.
Нет.
Но я не могу признаться ей.
Ты могла бы трахнуть его, – бормочет она. – Знаешь, вернись уже в игру.
– О, мой Бог. Ты можешь просто перестать о нем говорить? – Я бросаю на нее сердитый взгляд и отворачиваюсь.
– Хорошо. Без разницы. Я просто пыталась помочь.
– Как? Указывая на одно неправильное решение, которое я не могу изменить? Или что моя личная жизнь – отстой?
Она издевается надо мной, но при этом остается абсолютно спокойной.
Конечно, жаль, что я не приняла его предложение три месяца назад. Но больше всего я жалела, что по приезду рассказала обо всем своей подруге, потому что, как только я это сделала, она начала звонить всем своим знакомым, чтобы спросить, может ли кто-нибудь разузнать о нем. Очевидно, что никто этого не сделал. Затем в ход пошел Гугл. Пятничные ночные клубы.
И, в конце концов, начались упреки в том, что я не решилась на то, что сделала бы любая, по ее мнению, нормальная женщина с мозгами.
– Знаешь... – начинает Мэнди.
О, я знаю, куда она клонит и мне это не нравится:
– Ты всегда мог...
– Не говори этого, – прерываю я.
Она поднимает руки:
– Хорошо.
И она возвращается в дом, оставляя меня в покое.
Прохладный вечер охлаждает мою голову. Проведя несколько минут на крыльце, я решила, что видеть Келлана снова не имеет смысла, потому что завтра я уйду, и мысли о нем скоро исчезнут из моего сознания.
Когда я возвращаюсь в гостиную, Мэнди нигде не видно. Твердое тело Келлана расположилось на диване, его длинные ноги вытянулись, а рука была перекинута через подушки.
Чёрт! Я наедине с ним.
Мое сердце ускоряется. Вся ситуация кажется слишком интимной. Мой язык облизывает сухие губы, когда взгляд пробегает по комнате в отчаянном поиске Мэнди.
Где она, черт возьми?
– Она наверху, – холодно говорит Келлан. – Я предложил вам обоим остаться.
– Мы договорились о трех часах. Мы уезжаем сегодня вечером. – Боже, почему мой голос охрип?
– Она сказала, что ваша машина сломалась.
Черт бы побрал мою машину.
Мы застряли здесь. Осознание этого заставляет меня запаниковать. Тот факт, что он смотрит на меня со странным блеском в глазах, не уменьшает нервное напряжение, которое я чувствую в его присутствии.
– Я был бы рад отправить кого-нибудь за механиком, но его не будет здесь до завтра. Так что, вы можете остаться на ночь.
– Почему ты изменил решение? – Я не могу не спросить.
Медленно, он поднимается с дивана, выпрямляясь в полный рост:
– Что ты имеешь в виду? – Он делает шаг ближе. Я хочу бежать, но меня странно завораживают его зеленые глаза. Я в плену.
– Ты хотел, чтобы мы ушли, – говорю я. – Почему передумал?
– Я до сих пор задумываюсь об этом. – Он пожимает плечами. – Но я знаю, что ты хочешь остаться.
Резкое изменение его тона не ускользнуло от меня. Он перешел от задумчивого и хмурого к озорному в мгновение ока. Я не могу его понять. Я не могу угнаться за ним.
– Это не так, – говорю я.
– Почему это? – Его пальцы сплетаются с моими и прижимают их к его груди, прямо там, где бьется сердце. Его пульс отбивает ритм напротив наших сцепленных рук. – Ты не пожалеешь.
Его тон такой хриплый и эротичный, от чего я чувствую желание сделать шаг назад.
Намек довольно тонкий, но его не следует принимать в серьез.
Несколько секунд покоя, и мы возвращаемся на опасную территорию. Мое сердцебиение ускоряется, и волнение проходит через меня стрелой.
Я не знаю этого парня, но у него есть эта способность залезть под мою кожу сотнями возможных путей, когда я хочу быть воплощением спокойствия.
– Значит, ты говоришь, – бормочу я себе под нос.
– Испытай меня.
Я моргаю несколько раз подряд. Никто никогда не предлагал мне этого. Это так чертовски горячо, что я почти говорю «да».
Но только почти.
Секс на одну ночь – не в моем стиле. Не потому, что я не люблю случайный секс. Мне просто нравятся и другие вещи, которые приходят с постоянными отношениями, такими как засыпание в объятиях друг друга и пробуждение от горячего утреннего секса.
По какой-то причине, этот человек не напоминает мне парня, который хочет спать с кем-то в обнимку, и, безусловно, не тот, кто даст вам уснуть, если вы попадете к нему в руки.
