– Черт, – пробормотал он, перекатывая их на языке и, должно быть, чувствуя мой вкус. Отпрянув, Беннетт разочарованно потер лицо и смачно ругнулся.
– Бен… – потянулась я к нему, но он скатился с кровати и потопал обратно в ванную, громко хлопнув за собой дверью.
Следующим утром я еле открыл глаза.
Ярко-желтый солнечный свет лился сквозь балконную дверь, согревая кожу. По комнате гулял соленый ветер, слышался шум волн, бьющих о берег. Рядом лежала Хлоя, обдавая жаром абсолютно голого тела.
Она что-то пробормотала сквозь сон и закинула на меня ногу, подползая еще ближе. Простыни сладко пахли духами… и ею самой.
Я кое-как выбрался из-под нее и осторожно переложил Хлою обратно на ее половину. Встал и опустил взгляд на эгоистично отвердевший член. Черт, опять?! За прошлую ночь я наведывался в ванную дважды – до и после представления Хлои, – а ему хоть бы что. Предатель!
Хлоя думала, я дико горжусь своей идеей потерпеть с сексом до субботы. Однако это был худший план за всю мою жизнь. Я все время злился (сказывалось внутреннее напряжение) и хотел трахаться, пока не натру мозоли во всех местах.
При нормальных обстоятельствах я отдал бы правую руку, лишь бы не выбираться из теплой постели, где рядышком дремала голая Хлоя. Однако недавно выяснилось, что без правой руки мне никак нельзя.
Ночью я едва не сорвался. Еще чуть-чуть – и я позорно капитулировал бы перед врагом. Так что надо сваливать, пока она спит.
Я нашел в гостиной телефон и отправил сообщение Максу.
Он ответил почти сразу.
Мне хватит времени подрочить, умыться и сбежать из номера прежде, чем Хлоя откроет глаза.
Судя по всему, Макс всю ночь трахался. Волосы у него растрепались, он шел, непринужденно помахивая руками. Прибил бы этого парня, не будь он моим другом.
Хотя нет. Все равно прибил бы.
– Выглядишь до ужаса довольным собой, – не сдержался я, поджидая его в шезлонге под ярко-синим зонтиком.
– А ты – нет, – вернул он шпильку. – Что, нелегко дается воздержание?
Вздохнув, я повертел шеей, чувствуя напряжение в каждой мышце.
– Долго там до субботы осталось?
Макс рассмеялся.
– Не особо.
– А где Уилл?
– С Ханной, наверное. Просил подождать. Сказал, что сейчас спустится.
Макс сел напротив, потуже зашнуровывая кроссовки.
– Отлично. Я как раз хотел поговорить с тобой наедине.
Он искоса взглянул на меня.
– В чем дело?
– Помнишь, как Уилл на мой день рождения нанял того жуткого клоуна? – спросил я, невольно содрогнувшись.
Для нашей троицы подобные выходки были нормой. После того как мы в Вегасе сняли для него проститутку-трансвестита, Уилл подкупил парочку головорезов, которые «поймали» нас на шулерстве с картами. С тех пор все и началось. Ханна считала, что наши розыгрыши рано или поздно доведут кого-нибудь до тюрьмы или больницы. Я ставил на тюрьму.
– Твою ж мать, – застонал Макс. – Я только-только избавился от кошмаров. Ну спасибо, что напомнил.
Я огляделся, проверяя, нет ли Уилла рядом.
– Короче, я придумал, как отомстить.
– Круто…
– Видел прошлой ночью теток Хлои?
– Ту парочку гиен, загоняющих хромую лань? Да, милые дамочки.
– В какой-то степени это моя работа, – начал я, ожидая реакции Макса.
– «В какой-то степени», значит? – Тот и бровью и не повел.
– Ладно, целиком и полностью.
Он покачал головой, хотя разговор явно его забавлял.
– Ты же не думаешь, что они и впрямь положили на него глаз?
– Как я понял, они просто хотят немного развлечься. Я намекнул, что Уилл любит опытных женщин и не против секса втроем. Заметь, все чистая правда.
Макс вскинул бровь.
– Технически, – поправился я. – Мне конец, да?
– Ханну хоть предупредил?
– Макс, я же не полный придурок!
Он иронично посмотрел на меня, словно спрашивая: «Да неужели?», но я отмахнулся:
– Я предложил ей подыграть. Она согласилась.
– Правда? Она сговорчивее, чем я думал, – недоверчиво покачал головой Макс. – Какая девушка решилась бы участвовать в столь сомнительной авантюре? Ханна – просто лапочка.
– Ее и уговаривать не пришлось – заверил только, что Уилл не пострадает. Слушай, она мне и впрямь нравится.
– И мне, – кивнул Макс.
– Так что скажешь? Может, все прекратить? А то неловко получается… Они же тетки Хлои…
Вдруг послышались громкие шаги – к нам трусцой бежал Уилл.
Макс прошипел мне в ухо:
– Только скажешь ему, и я тебя убью.
На пляже была лишь парочка серферов да бегунов вроде нас.
– И чего ты поднялся в такую рань? – спросил Макс, держась рядом со мной. Уилл, прирожденный бегун, несся футах в двадцати перед нами, то и дело оглядываясь и «подбадривая» нас издевками и оскорблениями.
– Просто так, – признался я. – Нервы ни к черту стали. Вряд ли тебе интересно, но у меня такое чувство, что если я не потрахаюсь, то глаз больше не сомкну.
Макс сочувственно похлопал меня по плечу.
– Крепись, приятель.
– Пошел ты, – огрызнулся я.
Он еле сдержал смех.
