Схватив свой рюкзак, Стас вытащил оттуда смятую камуфляжную куртку и накинул ее Оле на плечи, ничего не сказав. Едва куртка оказалась на ней, нос сразу уловил запах гари и рыбы. Принюхавшись, она сморщила нос, когда поняла, что запах исходит от куртки.
— Спасибо… — все же натянув ее получше, сказала она. — Почему она так… пахнет?
— Потому что я стирал ее последний раз зимой. — он пожал плечами как ни в чем не бывало, усевшись напротив нее, через костер.
Вытащив мокрые волосы из-под куртки, Оля хотела было по привычке поправить веревочку кулона, но вовремя одернула руку. Заметив это, Стас свернул губы в ниточку в нерешительности:
— Мой сосед, дядя Захар, занимается таким, необычным хобби, — начал он, завладев вниманием Оли, — он ездит далеко в тайгу и ищет там, в заброшенных деревнях, старые украшения, банки и все такое, что можно продать городским зевакам. И он даже карты для себя рисовал с заброшенными в тайге селами, где могут быть такие вещи. Можно будет съездить в одну из таких, может, мы найдем тебе новый кулон.
— Новый кулон? — задумалась она, поднеся руку к губам.
— О, точно. А по пути можно будет заехать на теплые источники. — поддержал идею Паша. — Мы там давно не были что-то.
— А как мы туда доберемся, если это далеко?
— На машине. Мы же водим.
— А, точно, беззаконие. — усмехнулась Оля, поджав под себя голые ноги и обняв их руками в попытках согреться.
Пока ребята болтали, содержимое консервных баночек закипело, а запах специй разнесся, казалось, на весь лес. Взяв две палочки, Паша осторожно достал из огня тушенку, которая то и дело обрызгивала горячие камни, создавая приятное слуху шипение. Только теперь, почувствовав на удивление вкусные запах домашней тушенки, Оля поняла, как сильно проголодалась за день.
Поделившись с ней своей вилкой, Стас стал ковыряться в баночке раскладным ножичком, умело подцепляя мясо лезвием — точно делал это не первый раз в жизни.
— О-о, она такая вкусная! — попробовав первый коричнево-розовый кусочек мяса, восхитилась Оля. — Намного лучше, чем покупная.
— А мы тебе о чем? — гордо пожал плечами Паша. — Здесь все лучше, чем покупное.
Закончив с экзотическим ужином, ребята собрали пустые банки, затушили костер и, погрузив все в лодку, стали стаскивать ее на воду. Взяв ту самую палку, которую Стас вытащил из залома на замену веслу, он начал помогать ею Паше, который сидел на теперь уже единственном весле. В почти что полной темноте орудовать подобным средством, пытаясь разглядеть дно в темной глубине, было очень тяжело, а потому сплавление по реке длилось дольше, чем должно было. К тому же, после захода солнца в лесу стало холодно, а вместе с тем прилетели кучи надоедливых комаров, которые то и дело кусали мокрые голые ноги Оли, опущенные в рыбу.
Спустя час спуска по реке, течение ослабело, а дно стало различимым даже в темноте. Выбравшись из лодки в воду, где было по колено воды, парни потащили ее к берегу, где уже стояла знакомая машина. Обеспокоенный дедушка встретил ребят с классическими вопросами о том, почему все так безответственно, но, видимо, в компании девочки решил особо не топить достоинство мальчишек.
Вернувшись домой в мокрой и грязной одежде, Оля сразу же пошла переодеваться и сушить рыжие кудри, закрывшись в кладовой, которая у тети служила чем-то вроде ванной.
— А в баню ты не пойдешь что ли? — увидев сие манипуляции, Марго оторвалась от цветочного журнала, проводив племянницу взглядом вплоть до хлопка двери.
— Я еще пойду гулять сейчас! — крикнула из-за двери Оля, пытаясь разобраться с доисторическим феном Маргариты.
— Надолго?
— Часа на два, наверное.
— А ужин?
— Ой, я тако-ое ела сегодня…
— Какое? — испуганно спросила тетя, снова оторвавшись от журнала.
— Домашнюю тушенку на костре.
— А… — с облегчением выдохнув, Марго вернулась к чтению, оставляя в покое суетливо собирающуюся Олю.
Подкрасив ресницы своей подсохшей тушью, девочка натянула на себя светло-синие джинсы, белую майку и такую же синюю джинсовую куртку длинною до талии. Последним штрихом в образе стали серьги-кольца большого размера — единственные сережки, которые было видно под пышной копной волос.
— Ба-атюшки… — увидев Олю в чем-то, помимо бриджей и бирюзовой рубашки, ахнула Марго. — Я не сплю ли?
— Не спишь ли, — гордо улыбнулась девочка, еще раз осматривая себя в зеркало в прихожей во весь рост.
— Это для кого такой наряд? — хитро улыбнулась тетя, выглядывая из-за журнала.
— Для себя. — уверенно ответила Оля, совершенно не выказав никакого сомнения или смущения.
— А не для тех мальчишек, что устроили тебе сегодня день приключений и домашней тушенки?
— Марго! — она скрестила тонкие руки на груди, недовольно взглянув на тетю, которая тут же прикрылась журналом.
Скрывшись из виду Маргариты, Оля села на пол и начала обуваться, ощутив необычное жжение в районе щек.