Видя это, я чувствую себя менее одинокой. Это придает мне уверенность в том, что испытывать чувства к Мэлису, Рэнсому и Виктору одновременно – это нормально.
Если у Ривер и этих парней все получается, то, возможно, и у нас получится.
Я все еще смотрю вслед Ривер, когда Рэнсом с ухмылкой толкает меня локтем.
– Хочешь выпить? – спрашивает он, приподнимая бровь.
– Да, – отвечаю я.
Он делает заказ на всех, и когда вкладывает холодный бокал в мои руки, я делаю глоток. У напитка приятный фруктово-сладкий вкус с едва заметным привкусом алкоголя.
Через несколько минут мы выходим на танцпол, находя для себя небольшой уголок пространства среди толпы танцующих.
Я никогда по-настоящему не танцевала, не ходила по клубам, но, прежде чем я успеваю задуматься о том, насколько плохо у меня это получится, парни окружают меня. Рэнсом притягивает меня к себе, а Мэлис пристраивается за спиной, крепко прижимаясь ко мне своим широким телом. Они двигаются под музыку, и я следую их примеру, немного расслабляясь.
Я все еще на седьмом небе от осознания наших чувств, а выпивка расслабляет меня еще больше. Я позволяю ритму музыки направлять меня, двигаю бедрами, по очереди касаюсь Рэнсома и Мэлиса, когда они прижимаются ко мне.
Легко затеряться в танце. Песни сливаются в единый мотив, каждая повторяет ритм предыдущей. Огни гаснут, и я чувствую, что вся покрылась липким потом от танца и от жара тел, окружающих нас.
Но это приятно.
В кои-то веки я не слишком погружена в свои мысли, не беспокоюсь о чем-то и не чувствую себя не в своей тарелке.
В какой-то момент в лифчике, куда я его спрятала, начинает вибрировать мой телефон, пугая меня своим настойчивым жужжанием. Я достаю его, чтобы проверить, и вижу, что это Оливия.
«Перезвоню ей завтра», решаю я и провожу пальцем по экрану, чтобы проигнорировать звонок.
– Сегодня никаких звонков, красавица. – Рэнсом выхватывает телефон у меня из рук и сует его в свой карман, лукаво улыбаясь и подмигивая мне. – Только танцы.
– Точно. – Мэлис прижимается ко мне сзади, снова зажимая меня между собой и Рэнсомом.
Их тела твердые и знакомые, и я прижимаюсь к ним, пока мы танцуем. Мэлис кладет руки мне на бедра, а я устраиваю свои на плечах Рэнсома, и мы двигаемся вместе. Тела трутся друг о друга и скользят в такт.
Даже на танцполе различия между этими двумя парнями очевидны. Рэнсом плавный и чувственный, его тело неспешно переходит от одного движения к другому, он плывет по течению песни и легко следует за рокочущей басовой волной. Мэлис – суровый доминант. Его руки на моих бедрах направляют меня, пока мы танцуем. Он настойчиво прижимается ко мне, удерживая на месте.
Виктор, конечно же, не прикасается ко мне. На самом деле он почти не танцует, стоит достаточно близко к нам, чтобы все видеть, но держится в стороне, как обычно. Он покачивает головой в такт песне, звучащей из динамиков, его взгляд прикован ко мне, пока я плыву в танце вместе с его братьями. Он выглядит почти загипнотизированным, его взгляд такой же страстный, как прикосновения Рэнсома и Мэлиса.
Он выглядит классно: стоит там во всем черном, его непроницаемое выражение лица вызывают у людей желание подойти к нему поближе. Это доказывают все женщины, которые, проплывая мимо, бросают на него взгляды, пытаясь привлечь его внимание, и те, кто подходит, чтобы потанцевать с ним.
Но Виктор отмахивается от них. Одна из них пытается дотронуться до его плеча, и он тут же бросает на нее острый взгляд, а после отходит. Она дует губки, но оставляет его в покое, и внимание Вика возвращается ко мне, как будто я – единственное, что ему нужно.
Всегда приятно быть объектом его пристального наблюдения, и этот раз не исключение. От того, как он смотрит на меня, и от того, как Мэлис и Рэнсом прикасаются ко мне, мое сердце бешено колотится, а тело гудит. Внизу живота загорается желание.
Мэлис хватает меня за задницу прямо там, на танцполе, собственнически и настойчиво, и я тихо вздыхаю, прижимаясь к его большим рукам.
– Как же ты меня заводишь, – шепчет он сквозь музыку, касаясь губами моего уха. – Бьюсь об заклад, каждый мужчина в этом зале хотел бы сейчас оказаться на месте меня или моих братьев. Но, к сожалению для них, ты уже занята. Не так ли, солнышко?
Я сильно сомневаюсь, что все парни в клубе меня хотят. Объективно, я не такая уж красивая, но теперь я не так сильно стесняюсь своих шрамов или чего-либо еще в себе, как раньше. По правде говоря, мне абсолютно наплевать, что подумают обо мне мужчины, которые посмотрят в мою сторону этим вечером.
А три брата, которые заявили на меня права, заставляют меня чувствовать себя великолепной. Будто я им нужна такая, какая есть.
Я киваю, в ответ еще сильнее потираясь о Мэлиса.
– Да, так и есть.
– Когда ты говоришь что-то такое, малышка, трудно удержаться, чтобы не задрать это платье и не трахнуть тебя прямо здесь, на танцполе, – стонет Рэнсом.
Он наклоняется, целует меня в шею и прокладывает себе путь к моему рту, и я тихо постанываю, когда наши губы встречаются.
