Она сделала драматическую паузу, а я еле сдержала улыбку, с нежностью вспомнив тот вечер. Я так сильно наступила на ногу Роберту Каллагану, когда он пытался облапать меня во время танца, что сломала ему три пальца. Правда, моя версия этой истории никого не интересовала. Я прослыла негодяйкой, и местное дамское общество окрестило меня «злючкой, недостойной внимания ухажеров».
— Ты наденешь красивое платье, будешь улыбаться и вести любезную беседу с Чарльзом, — продолжила мама. — И надеюсь, сумеешь продержаться хотя бы пару часов.
Папа уронил на стол газету, вытер салфеткой усы и одарил меня долгим тяжелым взглядом.
— Твоя мать устраивает эту встречу в твоих интересах, Элизабет. Соблаговоли не сидеть с кислой физиономией.
Я подумала, что наши мнения относительно моих интересов отличаются, но оставила эту мысль при себе и принялась намазывать на тост толстый слой малинового джема. Вдруг в дверь позвонили, и наша лабрадорша Астрид, вздрогнув, начала лаять и скакать в холле. Мы все обернулись на звук — за исключением Джорджа: ему все происходящее было до лампочки, и он с упоением пускал пузыри.
— Это не может быть Чарльз! Он же должен прийти через два часа! — в панике воскликнула мама, приглаживая волосы и расправляя юбку.
— Я пойду посмотрю. — Папа, сидевший во главе стола, поднялся со стула. — А ты ступай к себе и переоденься, — добавил он, оглянувшись на меня.
Я поспешила пройти мимо него под громкий лай Астрид, которая продолжала бесноваться в коридоре. Перепрыгивая через две ступеньки, я помчалась по лестнице. Однако торопилась я отнюдь не для того, чтобы поскорее переодеться, а чтобы, свесившись через перила, увидеть пришедшего. Раздались приглушенные голоса, и папа отступил, пропуская кого-то в холл. К счастью, это не Чарльз Бонэм. Седые волосы, уложенные в знакомую прическу «птичье гнездо», и поношенное меховое пальто могли принадлежать только моей тете Клэрис. Она взглянула вверх, и ее серые глаза мгновенно обнаружили меня. Плечи мои расслабились, и я улыбнулась.
— Привет, горе луковое! — подмигнула она мне, тяжело опираясь на трость.
— Не ожидала увидеть тебя сегодня! — крикнула я, скатилась по ступенькам и заключила тетушку в объятия, вдыхая знакомый аромат фрезий и табака.
— Я слышала, что сегодня к вам зайдет Чарльз Бонэм. Вы же не думали, что я пропущу такое событие, не правда ли? — усмехнулась она, и мы прошли в столовую.
Мэри буквально врезалась в тетю Клэрис, едва открылась дверь, и чуть не сбила ее с ног. Мама раздраженно вздохнула и сделала сестре выговор, но та, кажется, не услышала.
— Я знала, что это ты, знала! Правда, мама, я знала? — взволнованно трещала Мэри, крепко обнимая тетю Клэрис за талию.
— Ты очень проницательна, — одобрительно произнесла тетушка, взъерошив каштановые локоны Мэри, и обратилась ко мне: — Она по-прежнему наслаждается твоими детективными романами?
— Да, но я прочитала почти все, что у нас есть. — Сестра надула губы и обиженно взглянула на меня. Как будто я виновата в том, что кончились книги, которые она у меня таскала.
— Ну что же, надеюсь, такой у тебя нет. — Тетя Клэрис достала из сумки небольшой томик. Я невольно ощутила укол ревности, когда Мэри, схватив экземпляр «Загадки Эндхауса», немедленно погрузилась в чтение.
— Кажется, действие этого романа происходит в Корнуолле, — продолжила тетушка, но Мэри уже не слушала.
Я же при слове «Корнуолл» забыла об обиде и вспомнила о буклете, который все еще лежал на столе. Пусть Мэри достанутся все детективные романы в мире, если я получу возможность провести хотя бы одно лето в Корнуолле… Должно быть, тетя Клэрис заметила выражение моего лица. Ласково улыбнувшись, она обняла меня за плечи.
— Кстати, о Корнуолле: я придумала для тебя подарок получше. — Взгляд ее упал на буклет. — О, кажется, он уже прибыл.
— Так это ты его прислала? — удивилась я.
— Конечно! Ты его как следует рассмотрела? Что думаешь? — Она хитро улыбнулась, а я попыталась изобразить радость, с трудом справляясь с разочарованием. Значит, эта школа не искала меня. Ну конечно, кто бы сомневался! Ведь я никто, пока не получу специального образования. Мечты о стипендии начали меркнуть, а без стипендии я не смогу туда поехать. Родители не позволят себе платить за мое обучение.
— Дорогая сестра, почему ты прислала моей дочери буклет, не посоветовавшись со мной? — сердито спросил папа тетю Клэрис. Он выпрямился во весь рост, однако рядом с тетушкой ему почему-то не удавалось выглядеть грозным.
— Потому что она хочет учиться в художественной школе, Артур. А эта школа считается одной из лучших, — пожала она плечами, сложив руки на набалдашнике трости.
— А я хочу новый автомобиль. Могу ли я надеяться, что увижу его припаркованным на подъездной дорожке? — резко произнес он.
Тетушка села за стол, и папа налил ей чая.
