Прежде чем я успела его остановить, Тэйлор поднял полотенца и взял мой телефон. Его лицо сразу скривилось в отвращении.
— Почему чертов Питер Лэйси звонит тебе? Откуда у него твой номер, Фэйлин?
— Я не знаю, — сказала я, протягивая руку к своему телефону. — Это не важно. Я никогда не отвечаю.
В глазах Тэйлора мелькнуло понимание, и он стал злиться сильнее.
— Сколько раз он с тобой общался? Фэйлин, какого черта? Это поэтому ты хочешь вернуться?
Мой рот приоткрылся.
— Нет! И он не общался со мной, потому что я не отвечала!
— Откуда у него твой гребаный номер? — Закричал Тэйлор. Вены на его шее вздулись, а глаза чуть ли не святились и выглядели дикими. Его грудь вздымалась, и я видела, как он пытается сдержаться — ему хотелось по чему-нибудь или кому-нибудь ударить. Если бы здесь был Питер, он бы с легкостью мог убить его. И я вспомнила. Вспомнила, что именно от такого Тэйлора я ушла.
Я опустила глаза на пол. Надежда, которая была у меня несколько минут назад, ушла. Когда я снова подняла голову и встретилась глазами с Тэйлором, я увидела, как его гнев сменяется стыдом. Но даже тогда он не мог успокоиться. Он схватил стопку полотенец и положил их на вершину коробки со всякой мелочью, заклеил ее, оторвал скотч и подписал маркером, после чего швырнул коробку в угол комнаты, отчего ее содержимое разлетелось.
В коридоре стояло два темных силуэта, и когда я поняла, что наши дети опять увидели этот бред под названием наш брак, я прикрыла рот, не в силах сдержать слезы.
— Нет, детка, не плачь, — Тэйлор выглянул в коридор. — Мне жаль, — сказал он детям. Он сел на кровать и сгорбился. — Мне жаль, — приглушенно повторил он.
— Мы все еще переезжаем? — Спросила Хэдли, выступив из тени.
— Лично я — да, — сказал Холлис.
Я вытерла щеки и подошла к двери, обняв Холлиса и Хэдли так нежно, будто они могут разбиться, как керамика в коробке.
— Да. Да, мы все равно переезжаем. Папа этого хочет, и я тоже. Мы были счастливы в Эстес, верно?
— Верно, — ответили они вдвоем, глядя на меня и кивая.
Скоро Холлис перерастет меня и, возможно, даже Тэйлора. Я не могла позволить ему считать, что насилие и запугивание — правильные методы решения проблем. Я не могла позволить Хэдли считать, что поведение Тэйлора было приемлемым, и что мириться с ним правильно. И я не могла позволить им — или моему чувству вины — просить меня принять Тэйлора обратно, когда мы еще не были к этому готовы.
Телефон Тэйлора зазвонил, и он вытащил его из заднего кармана. Он хмыкнул и взял трубку.
— Привет, Трент. — Чем дольше он слушал, тем ниже опускались его плечи. — Что? В смысле, стреляли? Из оружия? Как? Он в порядке?
Телефон Тэйлора выпал из его рук на пол, а я подняла его и приложила к уху. Лицо Тэйлора побледнело, и он уставился в пол, пока по его щеке текла одинокая слеза.
— Трент? — Сказала я. — Это Фэйлин. Что случилось?
Трентон вздохнул.
— Привет, Фэйлин. Это, эм... Это Томми. Он, эм... Произошел несчастный случай.
— Несчастный случай? Он в порядке? — Спросила я.
— Нет. Тэйлор и Тайлер должны приехать домой. Можешь привезти их?
— Нет? — Переспросила я. Я услышала его, но в словах Трента не было смысла. Томас Мэддокс был сильнейшим из пяти парней и самым умным из них. Лииз только что родила их первенца. Он был новоиспеченным отцом. Как он мог быть не в порядке?
— Все плохо, — сказал он севшим голосом. — Просто доставь их домой, Фэйлин. И позвони Тайлеру. Я не... Не думаю, что смогу это сделать.
— Я позабочусь об этом. Как Лииз?
— Она со Стеллой. Так ты привезешь всех?
— Да. Мы все прилетим к вам завтра.
— Спасибо, Фэйлин. Увидимся.
— Мам? — Сказал Холлис, с волнением наблюдая за Тэйлором. — Дядя Томми в порядке?
Я подняла руку, жестом показывая детям подождать с вопросами и позволить мне сначала позаботиться об их отце. Я встала на колени перед Тэйлором, пытаясь подобрать слова. Но не смогла ничего придумать. Он все еще пытался переварить сказанное Трентоном.
— Милый? — Сказала я, нежно поднимая его подбородок. — Сейчас я позвоню Тайлеру, а потом в авиакомпанию.
— Он на пожаре, — монотонным голосом сказал Тэйлор. — Он не ответит.
Я взяла телефон мужа и набрала номер Тайлера, но услышала лишь гудки и автоответчик. Я засунул телефон в свой задний карман и повернулась к детям.
— Пакуйтесь на пять дней. Пять пар джинсов, рубашек, носков и нижнего белья. Зубные щетки и пасты. Прямо сейчас.
Дети кивнули и побежали в свои комнаты. Я освободила небольшую сумку, в которую Тэйлор уже успел сложить мои штаны, и тоже собрала в нее вещи на пять дней.
— Где твоя сумка? — Спросила я Тэйлора.
— А?
— Твоя сумка. Ты же собрал кое-какие вещи, когда ехал сюда, верно? У тебя там найдутся вещи хотя бы на пару дней?
— На три дня. В моем грузовике.
— Хорошо, — сказала я, взяв сумку за ручку. — Поехали. Я поведу. Забронирую билеты по дороге.
— По дороге куда?
— В Эстес Парк. Мы едем рассказать все Тайлеру, а затем все поедем в Денвер, чтобы сесть на самолет.
— Фэйлин... — Начал Тэйлор, но понял, что в этот раз он не мог быть сильным. Мы были выбиты из колеи, но не были одни.
Я протянула ему руку.
— Пойдем со мной.
