— Нет, — сказала я с благодарной улыбкой. — Нет, это очень заботливо с твоей стороны.
— Это предложила агент Тейбер.
— Вэл, — с улыбкой сказала я, но потом мои глаза снова начали слезиться.
— Она будет в самолете. Она настояла, что должна Вас сопроводить в Иллинойс.
— Спасибо, — сказала я, с отчаянием желая поскорее увидеть мою самую близкую подругу.
Хайд не улыбнулась и особо никак не отреагировала, но даже это заставило меня чувствовать себя лучше, потому что обычно так вела себя моя мать. Она демонстрировала свою любовь поступками. А вот отец был ласковым и заботливым. Может, именно поэтому директор выбрал Хайд в качестве моего телохранителя. Не считая того, что она была одним из лучших водителей в Бюро и отлично управлялась с пистолетом, в ней также было нечто материнское.
Я положила голову на подушку. Она тоже немного пахла лавандой, и я задумалась, не сбрызнула ли ее Хайд, чтобы помочь мне расслабиться. Я не стала ее спрашивать, чтобы снова не смутить.
Я смотрела, как Стелла дышит, и пуговички на ее пижамке поднимаются и опускаются. Она выглядела такой умиротворенной. Я задавалась вопросом, скучала ли она по голосу Томаса и знала ли, что мы не там, где должны быть. Я не осознавала, что снова плачу, пока не почувствовала, что наволочка влажная, и закрыла глаза, умоляя себя расслабиться и немного отдохнуть. Скоро Стелла проснется, а я не могла заботиться о ней, не заботясь о себе. Утром мы переезжали, а позже вылетали в Икинс. Я должна была набраться сил, чтобы разбить больше десятка сердец.
— Хайд? Будешь ли ты там завтра? В Икинсе?
— Куда Вы, туда и я, агент Линди.
— Можешь ли ты сообщить, куда надо, что тебе нужно связаться с Томасом? Скажи ему, что я его люблю.
— Я передам.
Я почувствовала, как растворяюсь в матрасе, но так же сильно, как я старалась заснуть, я не могла этого сделать.
ГЛАВА 8
Фэйлин
Скотч издал громкий шум, когда я начала его вытягивать, и я замерла. Наш единственный телевизор стоял в комнате дальше по коридору, и я прислушалась к доносившемуся через закрытую дверь моей спальни разговору Спанч Боба и Патрика. Было бы удобнее упаковать все пораньше, но Тэйлор хотел рассказать хорошие новости детям вместе. От мысли, как они обрадуются, я улыбнулась, но моя улыбка быстро угасла. Все страдания, что они чувствовали последние несколько месяцев, были моей виной.
Стены были обшиты панелями, но одного кусочка не хватало, из-за чего виднелся гипсокартон. Кровать была королевской, но она и близко не стояла с той божественной кроватью, что я оставила. Наше лоскутное одеяло не покрывало матрас полностью, но оно помогало мне переносить зиму Колорадо. Фотография Тэйлора с детьми располагалась на ночном столике. Несмотря на то, что Тэйлор не делил со мной кровать, я до сих пор спала на той же ее части, что выбрала, когда мы начали жить вместе. Хэдли иногда заползала на половину Тэйлора посередине ночи, но в остальное время она пустовала.
Холлис и Хэдли были почти одного возраста, и поэтому они начали ходить в подготовительную школу вместе. Сейчас они уже закончили второй класс. Смотреть на темные волосы Холлиса, его бронзовую кожу и голубые глаза было все равно что смотреть на Алису, женщину, которую встретил в Калифорнии Тэйлор во время недели нашего расставания. Как же я была зла, когда узнала о том, что от него забеременела другая. Но та ночь, которую Тэйлор и Алиса провели вместе, подарила нам Холлиса, и я бы ни на кого не променяла своего сына. Хэдли была вылитой мной, кроме ее теплых шоколадных радужек. Она сохраняла длину своих вьющихся блондинистых волос, и у нее была такая же россыпь веснушек на носу и щеках.
Они оба нечасто смотрели на меня с тех пор, как мы переехали из Эстес Парк в Колорадо Спрингс. Хэдли была немного снисходительнее Холлиса: иногда она даже могла забыть, что злится на меня, и обнять меня или вечером прижиматься ко мне на диване, пока мы смотрели фильм. Но Холлис использовал любую возможность, чтобы напомнить мне, как я испортила ему жизнь. Становилось все сложнее спорить с ним об этом. Здесь ему сложно было завести друзей, в то время как в Эстес Парке все его любили. Он был капитаном команды, очаровывал девочек и пел как звезда бойз бэнда. В Спрингсе же он был всего лишь новеньким, угрожавшим уже установившейся иерархии в классе.
Сейчас второй класс был совершенно не таким, как в мои времена.
