— Мы, эмм... Мы как раз ехали домой из больницы. Это случилось на передней лужайке, когда он шел, чтобы забрать оставшиеся в машине вещи Стеллы. Трэвис сказал мне, что вы знаете, что Томас — агент ФБР. Что вы не знаете... так это то, что я тоже агент.
Фэйлин и Элли ахнули, а челюсть Трентона упала вниз.
— Так мы и встретились. — Я случайно встретилась взглядом с Камиллой и отвела взгляд. — Когда Томас узнал о пожаре и об обвинениях, которые скорее всего выдвинут Трэвису...
— Он не был на пожаре, — сказал Джим.
— Ага, я был, пап, — стыдясь, сказал Трэвис. — Я был. Я был там.
Брови Джима хмурились все сильнее, пока он осмысливал всю свалившуюся правду.
— Когда он узнал об этом, он пошел к директору и попросил о сделке. Томас тогда уже знал, что Трэвис пересекался с Бенни Карлиси, главой организованной преступной семьи Лас-Вегаса.
— Когда? — Спросил Джим Трэвиса.
Трэвис сглотнул.
— Отец Эбби попал в неприятности: задолжал Бенни денег. Он пришел за помощью к Эбби. Мы отправились в Вегас, и она заработала большую часть денег. Я выиграл оставшуюся.
— Как? — Спросил Тайлер. — Не в покер же.
— Я дрался, — просто ответил Трэвис.
Я продолжила:
— Томас знал, что Трэвис наладил с Бенни контакт, и что он мог использовать это в обмен на иммунитет. У Томаса было мало времени, чтобы получить согласие Трэвиса, и он хотел сделать это сам, поэтому мы сказали ему на следующий день после повтора клятв.
— В Сент-Томасе? — Спросила Фэйлин.
Я кивнула, чувствуя, как от воспоминаний опять слезятся глаза. Это было не лучшим из них. Я никогда не забуду стыд в глазах Томаса.
— В общем, мы привлекли Трэвиса в свои ряды, и он работал под прикрытием, снабжая нас информацией.
— Я не понимаю. Зачем было скрывать это от нас? — Спросил Трентон.
— Этого хотел Томас. Он боялся, что это расстроит Джима. — Я посмотрела на отца Томаса. Он сидел сгорбившись и с мокрыми глазами и выглядел сломленным. — И, — я посмотрела на Трэвиса, который кивком разрешил мне продолжить, — он не хотел, чтобы вы все знали, что он сделал.
Тайлер нахмурился:
— А что он сделал?
Я вздохнула.
— Если говорить начистоту... Томас знал, что, если он привлечет Трэвиса к службе в ФБР, он спасет его от тюрьмы. Но также он знал, что получит за это повышение.
— Но у меня был выбор, — добавил Трэвис.
Трентон нахмурился.
— Клубника или шоколад — это выбор. А попасть в тюрьму или быть пешкой ФБР — это не гребаный выбор. И теперь вся наша семья в опасности, Трэв. Как ты мог это сделать?
— Трентон, — сказал Джим.
— Думаешь, я этого хотел? — Моментально вспылив, сказал Трэвис. — Думаешь, я хотел всего этого?
— Мальчики, — сказал Джим.
— Я думаю, мама не хотела, чтобы мы все шли по папиным стопам по определенной причине, и вы двое на это просто наплевали, — сказал Трентон.
— Достаточно, — прогремел Джим. — Сегодня у нашей семьи и так много несчастий, не ухудшайте положение. Не позорьте своего брата, ссорясь из-за его выбора. Что сделано, то сделано. — Его дыхание сбилось. — Нам надо планировать похороны.
— В смысле похороны? — Спросил Холлис. — Дядя Томми будет в порядке, верно?
Эзра и Джеймс беспокойно огляделись.
Мой желудок ухнул вниз.
— Нет, — подавленно сказал я. Я была ужасным человеком.
Мальчики начали плакать, и Трэвис склонился к ним.
— С дядей Томми произошел несчастный случай.
Щеки Холлиса вспыхнули красным.
— Я знаю, но... Он же в больнице.
— Он был там. Но теперь нам надо устроить похороны для него, чтобы попрощаться. — Трэвис подавился последними словами и, обхватив Холлиса за плечи, отвел взгляд. Он чувствовал себя чудовищем. Как и я.
Холлис обнял своего отца, и затем все начали обниматься. Камилла попыталась обнять Трентона, но он осторожно поднял руку, давай ей понять, что ему нужна была минута.
— Эти Карлиси, — сказал Трентон. — От них мы прячемся?
— Больше нет, — сказала я. — Нам только что подтвердили, что этой ночью последние из них уехали из города.
— Почему? — Спросил Трентон, становясь все злее.
— Потому что им сообщили, что я решила не заводить против них дело. Отец Эбби до суда был под защитой агентов, но он пропал без вести. Бюро больше не ведет дело против них.
— Ты больше не будешь вести дело? — Спросила Камилла. — Ты позволишь им просто так уйти?
Я сглотнула, стараясь не принимать оборонительную позицию.
— Я вдова с новорожденной. Я должна сосредоточиться на Стелле.
Камилла обеими руками закрыла рот, и Трентон сломался. Вскоре все в комнате всхлипывали, включая детей.
Трэвис обнял детей.
— Давайте навестим вашу маму. — Он повел их из комнаты, оставляя меня наедине с семьей. Я с открытым ртом смотрела на него, глазами умоляя остаться. Он потер свои глаза. — Я вернусь.
Я укачивала Стеллу. Она уже успокоилась и заснула, и, на самом деле, я утешала саму себя.
— Бред собачий! — Всхлипнул Трентон. — Это чертов бред! — Закричал он.
Камилла обняла его, но он выскользнул из ее объятий, вытирая глаза и уставившись в пол. В течение нескольких минут я наблюдала, как Мэддоксы по-разному переживали горе.
— Лииз, — сказала Элли, опустившись на колени возле меня.
