— И посмотри. Ты в любом случае поехал и сделал это. Все удачно для тебя сложилось. А теперь ты надеешься, что я продолжу закрывать на все глаза, но я не буду. Лииз выбрала такой путь сама, но не мы. Не я! Я не хочу больше этого для наших детей. Не хочу воспитывать Картера в одиночку, пока ты борешься с преступностью вместо того, чтобы быть отцом.
Он указал пальцем на пол.
— Я — хороший отец, Эбби.
— Это так. Но в то же время ты выбираешь остаться на работе, из-за которой постоянно в разъездах.
— Ладно, — сказал он, подумав. — Что, если я буду работать из местного офиса? Здесь, в Иллинойсе?
— Вдали от притягательной организованной преступности?
— Я мог бы перевестись. Лииз знает нужных людей в чикагском офисе.
— И больше никакой работы под прикрытием?
— Только постоянные расследования.
Я на несколько секунд задумалась.
— После того, как все это закончится, ты обещаешь покончить с разъездами?
— Обещаю.
Я медленно кивнула, все еще неуверенная в правильности принятого мной решения.
Трэвис подошел ко мне и обнял, целуя волосы.
— Не сердись на меня. Это дико меня пугает.
Я прижалась щекой к его груди, пытаясь понять, что только что произошло: то ли мы пришли к компромиссу, то ли я сдалась.
ГЛАВА 23
Америка
— Можешь помешать соус, детка? — Спросил Шепли, надевая рукавицы.
Деревянной ложкой я стала помешивать коричневую жидкость в кастрюле, поворачиваясь, чтобы улыбнуться Джиму, Джеку и Дине. Родители Шепли с самых похорон каждый день приезжали к Джиму. Иногда они оставались на обед, иногда нет. Когда Шепли был не слишком уставшим после работы, мы присоединялись к ним. Сегодня Шепли делал свой фирменный мясной рулет, рецепт которого передала ему Дина от своей покойной сестры Дианы. Еда успокаивала, и особенно благоприятно на Джима действовали блюда, напоминающие о его жене.
Шепли закрыл духовку.
— Почти готово.
— Вкусно пахнет, — крикнул Джим из столовой.
Мой телефон зажужжал, и я выудила его из заднего кармана своих шорт. На экране высветилось сообщение от Эбби:
«
Я напечатала ответ:
«
«
«
Ей потребовалось время, чтобы придумать ответ:
«
«
«
«
«
Я фыркнула и засунула телефон обратно в карман.
Проходя мимо меня, Шепли вытащил мой телефон из кармана и положил его на полку.
— Сколько раз тебе говорить? Сотовые излучают радиацию. Хочешь себе рак кишечника? Не клади его в карманы.
— Хоть кто-то
— Именно для этого я покупаю тебе органический солнцезащитный крем, — сказал Шепли, целуя меня в щеку.
— Ты прямо заботливая мамочка, — проворчала я.
— Я отнесу это, — сказал он, оставляя меня одну в комнате.
Я дразнила его, хотя и понимала, что он просто боялся пройти через то же, что пришлось пройти его дяде Джиму и его маме, когда те потеряли Диану. После того, как я забеременела Эзрой, он начал читать обо всем, что может нас убить, и стал запрещать для нашего употребления некоторые вещи. Он делал это из-за своей любви к нам, и, конечно же, был прав, но мое деланое раздражение помогало смягчить пугающую реальность. Мы становились старше, и у нескольких наших друзей уже обнаружили серьезные болезни. Иногда казалось, что весь мир умирает.
Входная дверь распахнулась, и в дом зашел Тэйлор, держа своих детей на руках. Позади него шла Фэйлин, неся багаж.
— Привет! — Сказали Шепли, Джим и Джек в унисон. Шепли помог Джиму встать, и они стали обнимать Тэйлора, детей и Фэйлин, а затем и Тайлера, Элли и Гэвина, которые зашли за ними.
— Боже! — Воскликнул Тэйлор. — Пахнет потрясающе!
Я уменьшила огонь в конфорке и вытерла руки о фартук, а затем вышла из кухни, чтобы поприветствовать свою семью.
Когда все наконец поздоровались, Джим оглядел комнату.
— А где Трентон?
Тайлер пожал плечами.
— Он сегодня не приезжал? Я думал, он будет здесь. Он так сказал, когда я звонил ему утром.
— Я ему напишу, — сказал Тэйлор, вытаскивая телефон из заднего кармана.
Я ухмыльнулась Шепли, указывая на Тэйлора, и он закатил глаза.
— Я же женат не на Тэйлоре, верно? — Сказал он.
Все повернулись к моему мужу, и я фыркнула.
Тэйлор поднял бровь:
— А?
— Ничего, — проворчал Шепли.
Фэйлин оглядела комнату.
— Оливии сегодня не будет?
— Они уехали в отпуск на этой неделе, — ответил Джим.
Лицо Фэйлин погрустнело:
— О.
Джим посмотрел на часы.
