Рей попыталась вывернуться, но советник лишь покрепче прижал её к себе, игнорируя ругань девушки и её дёрганья. — Поймайте лошадь Её Светлости и возвращаемся! — Отпусти меня, предатель! — Рей заколотила кулаками по руке Эдриса, не оставляя попыток вырваться. — Мне надо в Башню! — Ты сломаешь шею, если упадёшь с лошади на такой скорости, моя дорогая. Предупреждение сработало и принцесса замерла, наконец поняв, что Эдрис ни на миг не остановился, развернув коня в сторону столицы, как только поймал её. Плечи девушки задрожали, из горла вырвался первый всхлип. Советник тяжело вздохнул, уже представляя поток жалоб, но Рей молча плакала, даже не пытаясь повернуться к нему. — Почему ты назвала меня предателем? — Почему-то Эдрис не выдержал и десяти минут молчаливых рыданий. — И что тебе надо было в Башне? — Ты бросил меня. Хриплый, безэмоциональный голос покоробил советника. Нахмурившись, он пытался понять, почему ему так неприятно слышать это обвинение и почему вообще ему вдруг хочется оправдаться перед девчонкой. Которая, к тому же, так и не ответила на второй вопрос. — Император приказал мне. Так что тебе надо было там? — Ты мог отказаться. Я знаю. — Рей, ответь на мой вопрос. — А если не отвечу, то что? — Впервые девушка повернулась к нему, заглянув прямо в глаза. — Ты всё равно не сможешь сделать мне ещё больнее, Эдрис. — Зато я могу помочь тебе. Тихий, надрывно-обречённый смех девушки пробрал до самого нутра. Усмехнувшись, Рей покачала головой, отворачиваясь. Эдрис едва не выругался вслух. Рейлин наверняка уже что-то сделал с ней, раз девчонка так быстро сломалась.
К тому же, вдруг понял он, Рей даже не пыталась использовать свои силы. Неужели происходящее настолько на неё повлияло, что она полностью подавила или потеряла магию? Если подавление ещё можно исправить, то вот потерю не восполнить никак.
— Почему ты не атаковала? — Задавая вопрос, Эдрис уже думал о том, что он сделает с Рейлином за такой поворот событий. — Могла ведь, я был полностью открыт. — Не могла. — Почему? — Я… Не хотела делать тебе больно. Сначала он не поверил своим ушам. Нет, конечно, именно на это он и рассчитывал в самом начале. Но не ожидал, что принцесса сдастся настолько быстро. Улыбку удалось скрыть, хотя ему хотелось кричать от радости, ведь один из пунктов плана выполнен полностью! Он ещё на шаг ближе к тому, чтобы всё получилось! — Вот как… — Рука, обнимающая принцессу за талию, чуть расслабилась. — И почему же? — Не собираюсь отвечать! Слишком поспешно выпалила, слишком сильно вздрогнула всем телом. А уж когда, чуть наклонившись вперёд, он увидел алые от смущения щёки девушки, уже не было сил сдерживать улыбку. Рей явно заметила его радость, потому что спешно натянула капюшон поглубже, пряча лицо под плотной тканью.
Гвардейцы ехали на приличном расстоянии от них, так что ни слов, ни уж тем более реакции принцессы никто, кроме самого Эдриса, не видел и не слышал. Вздохнув, советник ещё раз, но уже совершенно другим тоном, повторил свой вопрос насчёт башни.
— Хотела понять, что мне делать дальше. — И искала ответ в Красной башне? — Что? — Рей повернулась к нему, недоумённо приподняв брови. — Я хотела посмотреть на обитель богини. Зачем мне башня Келтара? Эдрис вспомнил, что девушка и правда бежала в сторону Белой башни. Будто уже знала, куда ей надо. Нахмурившись, советник, недолго думая, решил задать вопрос, прекрасно зная, что почувствует ложь принцессы за версту. — Но как ты могла их различить? Как поняла, куда тебе надо? — Никак… Тебя увидела и побежала. Только зря всё это. И снова замолчала, глядя перед собой. Мужчина вздохнул, понимая, что доверие принцессы надо восстанавливать уже сейчас, потому что во дворце будут лишние уши и глаза.
Так и ехали: Рей молчала, а Эдрис говорил, рассказывая о том, что пытался отказаться от визита в Авинс, а когда не получилось, старался закончить всё как можно быстрее. Описать, насколько его раздражала вся эта ситуация, было невозможно. Потому что, даже несмотря на равнодушный тон, он всё равно ощущал, что оправдывается, чего терпеть не мог делать.
— Если ты обещаешь мне, что не станешь сбегать, то встанем на ночлег через пару часов. — Даже если попытаюсь, ты меня найдешь. Видимо, тебе слишком хочется выслужиться перед Рейлином. Боишься, что когда он станет императором, то тебя вышвырнут из дворца? — Если этот идиот станет императором, то я сожгу всю империю, чтобы народ не страдал лишний раз. — Эдрис усмехнулся, заметив, как дёрнулась Рей. — Да и Прайвен не собирался помирать, насколько я знаю. — От яда люди часто умирают. Нахмурившись, советник всё же решил спросить, почему девушка вообще подумала о яде. И когда та со вздохом рассказала, как видела, что Рейлин передаёт что-то служанке императрицы после ссоры с матерью, чертыхнулся. О таком варианте он даже не думал, прекрасно зная, что кронпринц любит мать. Значит, жажда обладать Рей настолько затопила его разум, что он решился на убийство единственного человека, который пытался оправдать его в любой ситуации.