Они встали на ночлег, как и сказал Эдрис, через несколько часов пути. Рей с удивлением рассматривала небольшой домик, спрятанный за деревьями в стороне от дороги. Один из гвардейцев объяснил принцессе, что подобных пустующих домов много на пути к Башням — но все довольно трудно заметить, если не знаешь, что искать.
Мужчины дружно решили ночевать на улице, отдав дом в распоряжение принцессы, чтобы та не смущалась. Один из гвардейцев занялся приготовлением ужина, второй отправился за водой, а третий, стреножив лошадей, строгал какую-то палочку, насвистывая под нос незамысловатую песенку. Принцесса, понаблюдав за гвардейцами из окна, молча отошла к единственной кровати. Пыли в доме было столько, что можно было рисовать картины, однако постель оказалась на удивление чистой. Сев, она задумчиво огляделась, размышляя, когда же здесь последний раз кто-то останавливался.
Раздался краткий стук в дверь, и она тут же распахнулась, впуская в дом Эдриса, нагруженного хворостом. Не обращая внимания на принцессу, мужчина быстро затопил печь, после чего, отряхнув руки, повернулся к девушке. Та смотрела на него устало и как-то обречённо.
— Иди поближе к огню. — Не хочу. Лучше замёрзну и помру до этой келтаровой свадьбы. — Рей, успокойся и… — Успокоиться? — Взгляд девушки на мгновение стал злым. — Это не тебя отдают словно вещь! Замуж за родного брата — меня вообще за человека считать перестанут! Потерев переносицу, Эдрис устало вздохнул. Прайвен с его непонятными интригами конечно больше помогал ему, чем мешал, но этот шаг со свадьбой и правда был идиотским. Неужели император искренне считал, что девчонка молча и покорно сделает всё, что ей скажут? Должно же быть понимание, что даже самая кроткая овечка может взбрыкнуть, если постоянно устраивать ей свидания с волком. — Рей, я обещаю тебе, что эта свадьба не состоится. — Ты уже обещал Рейлину, что не будешь ему мешать. — Дёрнув плечом, девушка отвернулась от него, но он успел заметить слёзы в глазах. — Кронпринцу хватит власти, чтобы устроить тебе проблемы, если он не получит желаемого. — А мне хватит сил, чтобы эти проблемы решить.
Принцесса медленно повернулась к нему, внимательно посмотрела в глаза. Эдрис, как бы ему не хотелось схватить эту истеричку и хорошенько встряхнуть, чтобы вернулась его Рей, способная дерзить и наглеть, мягко улыбнулся. Сейчас ему надо быть терпеливым.
Осторожно подойдя к девушке, Эдрис опустился на корточки, обхватил тонкие пальцы своей ладонью и, заглянув в глаза Рей, тихо проговорил: — Прости меня, принцесса. — Ты бросил меня, Эдрис. — Уголки губ задрожали, а глаза опять наполнились влагой. — Ты оставил меня одну с этими чудовищами. — Теперь ты не одна, Рей. Губы советника коснулись прохладных костяшек, пальцы девушки дрогнули. Эдрис смотрел на неё снизу вверх, ласково и чуть виновато улыбаясь. И принцесса сдалась. Расслабились плечи, ссутулилась спина, словно кто-то вынул из хрупкого тела стержень. — Я не хочу замуж за Рейлина. — И не пойдёшь. Я что-нибудь придумаю. — Он не отступится. Если он смог отравить собственную мать, что ему мешает сделать то же самое с тобой или императором? — До меня у него руки не дотянутся. А Прайвен далеко не дурак, он наверняка уже догадался, кто виноват в смерти Нольвены. — Эдрис встал, помог Рей стащить плащ. — Попробуй поспать. Завтра выезжаем на рассвете. Он проверил печь, подкинул ещё немного топлива и, повернувшись к дверям, хотел выйти на улицу, чтобы принести принцессе ужин. Когда он потянулся к ручке, девушка вдруг заговорила. Голос чуть срывался, выдавая волнение хозяйки с головой: — Эдрис, ты правда поможешь? — Конечно, моя драгоценная.
Мне было противно от самой себя. Точнее, от моей наивной части, которой я удачно прикрывалась. Вероятно, я окончательно сошла с ума. Потому что смотрела на себя со стороны, старательно давя желание выйти «наружу» и высказать этому лицемерному выблядку всё, что я думаю. Но другого варианта обмануть Эдриса у меня попросту не было.
Я и без того чуть не попалась, когда создавала сцену своего якобы побега от них. Но они поверили, что я ехала настолько медленно, что даже не успела доехать до башен. Проверять Эдрис тоже ничего не стал, попавшись на мои уловки. Мысленно покачала головой, не понимая, как настолько умный человек может быть таким слепым. С другой стороны, он скорее всего слишком самолюбив и привык к тому, что всё идёт строго по его плану. Да и я была далеко не самой смышлёной, что уж там.
Если бы Эдрис был чуть внимательнее, чуть недоверчивее — все мои усилия пошли бы Келтару под хвост. Точнее, Леару, раз уж главный злодей в этой истории он.