Прекрасный Грейвс полностью

– Давай нальем тебе ванную. Кто первый до машины? – вбрасываю я, вырывая нас из разговора. На секунду все стало вдруг каким-то сложным.

– Чьей машины? – Он схватил меня за воротник рубашки, нахмурившись. – Моей или твоей?

Задумалась.

– До твоей. Позже подбросишь меня сюда. Но заниматься сексом мы не собираемся, – просто озвучиваю это на случай, если у него возникнут какие-нибудь идеи. Мне безумно симпатичен Дом, но я еще не чувствую себя готовой. Помимо того, я до сих пор не верю, что заслуживаю хорошего в жизни. Ведь я еще не на 100 % рассталась с Джо.

– Так точно. Секс не предусмотрен. – Дом делает жест пальцами, будто отдает честь.

И вот мы несемся к его машине, хохочем, толкаем друг друга и пытаемся спастись от дождя, пригнув головы. Оба негласно признаем происходящее.

Признаем то, что я не приеду за своей машиной сегодня вечером.

Я планирую переночевать у него. Мы будем нежиться в объятиях, смотреть фильмы, вместе готовить и целоваться. Притворюсь хотя бы на один прекрасный день, что я самая что ни на есть обыкновенная девушка. Такая же, как Нора.

Ведь где-то в глубине души я думаю, что по-прежнему остаюсь обыкновенной.

За четыре недели, минувшие после шторма, мы с Домом многое вместе пережили.

Мы дважды съездили в Бостон – первый раз в зоопарк, а второй – покататься на пароме по гавани (или хавани, как он ее называет). Побывали в музее китобойного промысла в Нью-Бедфорде, заглянули в музей Изабеллы Стюарт Гарднер и совершили однодневную поездку в Нью-Йорк, пока наши планы позволяют. В Линне мы отведали недорогих устриц, а в Ипсвиче посетили старый музыкальный магазин. Катались на велосипедах, вдыхали аромат цветов, выбегали на балкон и пускались в танцы каждый раз, как начинался дождь. Не изменяя своему обещанию, он пьет свой утренний кофе из моей глиняной кружки. Во всяком случае, когда не трудится в ночную смену.

Столько всякого у меня еще не было со времен поездки с Пиппой в Барселону, но Доминик упорствует, чтобы я выжала из Массачусетса буквально все соки.

– Ты провела достаточно времени в «чистилище» Новой Англии. Теперь ты – одна из нас. – Он обвивает рукой мое плечо и притягивает к себе, как только мы выходим из точки метания топоров. – Настало время для ранней трапезы.

И ведь в самом деле: за месяц мы успели многое сделать. Если не считать одного важного события – у нас еще не было секса.

Мы лежали в обнимку как две ложки, которые положили одна в другую, прижимались крепко и засыпали. Беспрерывно целовались, но так и не доводили дело до конца. Я по-прежнему боюсь сделать заключительный шаг. Возможно, потому, что для меня секс равносилен признанию той себя, которую я напридумывала шесть лет назад и которой больше нет. Не то чтобы меня не тянуло к Дому, но меня от него теперь и не оторвать тоже. Кроме того, я практически не встречала мужчин на пороге тридцатилетия, которые бы ждали, пока девушка переспит с ними. Однако Дом с пониманием отнесся к моему предложению и больше не поднимал эту тему.

Накануне Дня благодарения Дом приглашает меня на ужин. Он впервые повел нас в ресторан в Салеме, и складывается ощущение, что мы таким образом официально закрепили наши отношения. Так сказать, даем своего рода благословение нашему родному городу.

Локи сидит на подоконнике и пристально наблюдает за нами со злобным видом, то и дело взмахивая хвостом. Придерживая дверцу машины, я погрозила пальцем своему коту.

– Веди себя хорошо с тетушкой Норой и даже не вздумай ссать в мои новые ботинки.

В ответ он фыркает и отворачивается.

– Детки так быстро растут, – вздыхает Дом.

Я забираюсь на пассажирское сиденье и целую его в губы. Он выглядит изумительно. Побрился только сегодня, еще и с новой стрижкой. На заднем сиденье лежит спортивная сумка, которая, судя по всему, не та, что он берет с собой в спортзал каждый день.

– За тобой охотятся федералы? Мы от кого-то бежим? – Я вскинула бровь.

– Ага. Операция по убийству топором сорвалась. Кошмар какой-то. – Он прильнул ко мне, чтобы одарить еще более глубоким и пламенным поцелуем. Так продолжается какое-то время, что я почти забываю, о чем мы беседовали, как вдруг он продолжает: – А еще я раздобыл тебе поддельный паспорт. Сбежим в Аргентину? Я слышал, что там вкусно подают дульсе де лече[8].

Поправляю воротник его рубашки.

– Ну нет, серьезно. Куда мы едем?

Мы все еще припаркованы перед моей дряхлой дырой под названием квартира. Дом бросает взгляд на входную дверь, и я вижу, что она полуоткрыта. Странно. Я точно помню, что закрывала ее.

– Что, черт побери, происходит? – я обращаюсь к нему.

Его лицо краснеет. Ага-а-а. Секретики. Секретики мне не нравятся. Ни капли их не люблю.

– Насчет наших планов поужинать… – Он почесал затылок. – Как ты смотришь на то, чтобы продлить наш сегодняшний вечер, скажем, до…

– До ночи? – помогаю ему ответить. Ночевка была бы кстати. Я бы даже сказала, очень. Мы ведь уже давно встречаемся.

– Скорее, хочу пригласить тебя к себе на все выходные.

– На все выходные? – повторяю я за ним.