— Это ты разрушил
Кейн не шевелится, не пытается остановить меня или хотя бы утешить. Он позволяет мне бить его снова и снова, пока мои силы не иссякают и глаза не начинают слезиться.
Я
Я так злюсь на себя за то, что не могу ему навредить.
Причинить ему столько же боли, сколько он причинил мне.
Но сама мысль о его боли приносит
Когда уже, черт возьми, исчезнут эти эмоции?
Я должна забыть его и вернуться к той жизни, которую знала до него, даже если я ее не помню.
— Ты закончила? — его слова мягкие, как шелк. — Теперь ты меня выслушаешь?
— Ты не сможешь сказать ничего, что я хотела бы услышать, — я делаю шаг назад, сгорбившись, вся моя борьба исчезла. — Просто уходи и не показывайся мне на глаза.
— Этого не произойдет. Так что либо ты меня выслушаешь, либо я останусь здесь, пока ты не будешь готова это сделать.
Этот ублюдок.
Я оглядываюсь на дом и на Ви, которая, наверное, впадет в панику, если увидит его.
Хуже того, что, если здесь еще и Джуд?
Она становится такой странной, когда речь заходит о нем. Я не хочу думать о ее реакции, если она действительно его увидит.
— Говори быстро и уходи, — говорю я.
— Я никогда не использовал тебя и не предавал. Технически, я тебе и не врал.
Его слова сталкиваются с ветром и бьют меня по лицу.
Думаю, на этот раз я действительно его убью.
— Ты знал о Вайолет, о причине, по которой я к тебе приблизилась, и считаешь, что это не было враньем? Играть со мной, зная обо всем, — это
— Нет, — он резко выдыхает, его грудь напрягается под кардиганом. — Я никогда не играл с тобой. Думаешь, я бы остался с такой сложной девушкой, как ты, если бы хотел только
Огонь пробегает по моей спине, и в голове запускается обратный отсчет.
Каждый тик толкает меня ближе к краю.
— Ты хотя бы сожалеешь о своем вранье? О том, что скрывал правду? — я бью кулаком по его груди. — Я
— Не я выбирал Вайолет в качестве мишени Джуда.
— Но ты решил отдать ему ее досье! Ты решил подменить результаты анализа ДНК, найденного под ее ногтями.
— Я тогда не знал ни ее, ни тебя. К тому же, он бы нашел ее, независимо от того, был я в этом замешан или нет.
Это в точности слова Ви, и я их ненавижу. Я ненавижу, что они оба загоняют меня в угол.
Я ненавижу, что все, что я делала в последние несколько месяцев, было напрасным.
Но больше всего я ненавижу то, что впервые отдала свое сердце, причем именно этому ублюдку.
— Так ты преследовал ее? Ты был одним из тех, кто сделал ее жизнь адом перед нападением твоего драгоценного друга?
— Нет, ни в коем случае. Я не имел отношения к Вайолет с тех пор, как отвез Джуда в твой старый район в Стантонвилле, и я не знаю, что происходило между ними до того, как с ней это случилось.
— И
— Полагаю, она сама тебе еще не рассказала. В таком случае и я не буду. Это не моя история.
Я скрежещу зубами. Тот факт, что он знает, что, черт возьми, произошло, а я нет, сводит меня с ума. Сколько бы я ни умоляла Ви рассказать мне, она просто замыкается в себе.
Я глубоко вдыхаю, грудь раздувается от накопившихся эмоций.
— Допустим, ты не знал меня, когда все это началось. А что было потом? А? Почему ты заговорил со мной в первый раз на арене и дал мне надежду, что я смогу попасть в «Венкор»? Что было тогда?
Он проводит рукой по волосам, напряженный, не похожий на обычного, собранного себя.
— Ты заинтересовала меня.
— Что?
— В тот день, когда я впервые увидел тебя в этом убогом районе, я захотел увидеть тебя снова. Я заставил себя думать, что хочу защитить тебя от Джуда, поэтому и устроил все так, чтобы тебе предложили стипендию в УГ. Поэтому я и организовал всю эту постановку с посвящением.
— Постановку, в которой ты показал мне мой худший кошмар и трахнул меня как зверь на земле?