отдельные помещения театра, и быстрым шагом направляется в арку по правую руку. Там
начинается лестница, по скрипящим ступеням которой, он поднимается на второй этаж.
-23-
На балконе не многолюдно.
Рон садится на сидение в первом ряду и сморит через перила. Помещение освещают
триста свечей, а в партере сидят, как показалось Рону, все жители Лон Кона. Все они одеты
экстравагантно и необычно, будто пришли на карнавал или маскарад - огромные головные
уборы, под которым в тусклом свете свечей виден лишь профиль, никаких деталей внешности.
В помещении витает запах виски, пива и марихуаны, и дым от последней висит над партером,
как туман в долине.
На сцене посажены настоящие ели, а за ними - нарисованный фон из гор, которые
окружают Лон Кон и зимой, и летом. А в центре сцены стоит довольно странный предмет -
золотистый медведь в натуральную величину, отлитый из бронзы.
Он стоит на задних лапах в металлической нише посреди сцены, и мимо него тянется
толпа людей, подкладывающих в яму перед медведем дрова, а затем возвращающихся на свои
места.
Так продолжается какое-то время, и затем на сцену с левой стороны выходит трио
музыкантов с гитарой, скрипкой и мандолиной и оживляет зал музыкой в стиле кантри.
~22~
Блейк Крауч - Прекрасный маленький городок
Blake Crouch - Perfect Little Town
Все занимают свои места, и музыканты уходят, а с первого ряда поднимает высокий
мужчина и выходит на сцену.
Он сжимает в руке длинную свечу и одет как испанский конкистадор. Но даже через
шлем, который должен был скрыть личность мужчины, Рон узнаёт шерифа, который пару часов
назад вышвырнул их из гостиницы Лон Кона.
Конкистадор вскидывает руки и кричит:
- Выходите!
Справа за сценой откидывается красный занавес, и появляются две фигуры, одетые
полностью в белое и с наброшенными на лицо капюшонами. Они держат за руки Джессику
Шталь, и при виде неё толпа ревёт, а Рон ощущает приступ тошноты. Но потом он замечает, что
его жена улыбается. Может, это какой-то странный розыгрыш?
Они подводят Джессику к золотому медведю со спины, спускаются в яму; один из мужчин
поднимает люк в задней части животного, а второй что-то шепчет на ухо Джессики. Она кивает
и снимает белую маску с чего-то, похожего на цистерну.
Джессика подносит маску к лицу, но замирает. Толпа ликует, и она машет зрителям и
посылает воздушные поцелуи. Люди аплодируют, свистят всё громче и бросают на сцену из
первых рядов розы на длинных стеблях.
Джессика забирается внутрь огромного медведя, и один из мужчин в белом закрывает за
ней люк, и они оба возвращаются туда, откуда появились, исчезая за занавесом.
Шериф-конкистадор снова воздевает руки к потолку.
Зрители замолкают.
Он поворачивается, подходит к золотому медведю и ныряет в яму.
Спустя пару секунд он выбирается обратно на сцену, идёт к левой части сцены, хватает
толстую верёвку и дёргает за неё.
В потолке раскрывается люк, и на золотого медведя начинают опускаться снежинки.
- Свет!
По театру проносится всеобщий вздох, свечи гаснут, и помещение окунается во тьму.
Рон перегибается через перила, пытаясь рассмотреть что-нибудь в темноте. Ещё
мгновение назад он чувствовал мимолётный укол облегчения, думая, что за всей этой
странной, жуткой ночью стоит какая-то логическая причина, но сейчас его снова охватил страх.
В помещении стоит полная тишина; не слышно ничего, кроме случайного шепотка из
партера.
Сначала Рон принял их за светлячков - пылинки поднимающегося вверх со сцены света, но
шипение кипящей жидкости и запах горящей древесины дали ему понять, что он ошибается.
Из темноты появляется фигура золотистого медведя, но она больше не золотистая, а
насыщенного красного оттенка плавящейся, нагретой бронзы. И чем сильнее разгорается огонь
под зверем, тем ярче он сияет.
- О, Боже, - шепчет Рон.
Медведь ревёт высоким, пронзительным голосом Джессики, изменённым до
неузнаваемости системой труб, выходящих справа от головы животного и напоминающих
жуткую опухоль. Слова и крики смешиваются воедино, но трубы и терзающая женщину боль
~23~
Блейк Крауч - Прекрасный маленький городок
Blake Crouch - Perfect Little Town
превращают их в неразбериху. Бронза грохочет, как огромный кимвал (музыкальный
инструмент, состоящий из двух металлических чаш - прим. пер.), когда Джессика отчаянно
пытается выбраться из брюха зверя. Её кровь вытекает из дыр в ногах медведя, шипит и
пузырится на сцене.
Кто-то в толпе кричит:
- Ещё год изобилия!
- Никаких лавин!
- Никаких бедствий!
- Больше туристов!
Внизу все хлопают, пьяные и обкуренные голоса выкрикивают тосты в каждом уголке
помещения, стараясь, чтобы их расслышали за доносящимися со сцены криками боли. От
