Когда силуэт корабля скрылся за речным поворотом, я проплыл еще немного и причалил к мертвому берегу реки – пора делать перезарядку. Мой вампиризм, как голодная собака, набросился на предложенное «угощение», и меня накрыла волна бодрости. Очень непривычные ощущения – минуту назад еле шевелишь руками от усталости и едва не засыпаешь на ходу, а после подзарядки – вновь свеж, как огурчик, и полон сил!
Дальше пошло проще. Вес поклажи снизился, сила била через край, и меня стало потихоньку отпускать. Уходило напряжение последних часов – я смог вырваться, у меня получилось! Настроение еще больше пошло в гору, когда я решил совместить монотонную греблю с работой челюстями. Прихваченные с собой порции жаренного мяса пошли на ура, жаль я не догадался прихватить с собой того красного вина. Было бы совсем классно!
Лодку мне удалось разогнать, по внутренним ощущениям, примерно до 2–3 км/ч. Попутное течение добавляло к моей скорости примерно столько же, и к рассвету я должен был миновать большой соседний кластер.
Плывя на лодке, я все размышлял, почему мне так легко удалось сбежать от муров? Я слишком сильно рисковал и мог десятки раз попасться, пока бегал чуть ли не по всей базе. Я такой удачливый или как? Не мог я не вспомнить и свои озарения про Лося и Окорока – дар кармы показывал, что оба они были не жильцы под небом Стикса. И не только один мой дар предсказывал скорый конец двум иммунным – Наркоз паниковал явно не на пустом месте, и паниковал сильно, вплоть до хронического алкоголизма и попыток сбежать с базы. У меня все прошло гладко потому, что Стикс «списал» и Лося, и Окорока, и Наркоза? А, может, и вся команда Бобра была обречена? Увы, но я не догадался проверить их карму. Тогда выходит, что никакой моей заслуги в успехе этого побега нет? Получается, я просто подвернулся под руку, когда Улей решил воздать всем по заслугам? Это ведь он наградил меня настолько странным даром, что опытный знахарь не смог его опознать. Это Улей выбрал именно меня, заключенного колонии, фактически из одиночной камеры, чтобы довести до спорового голодания, когда этот странный дар сработал автоматически. И самое главное – это Улей, и никто иной, устроил внеплановую перезагрузку Булавки, которая разом спутала планы всем: и моему крестному Лосю, и мурам, и стронгам. Да, не весело. Если все это верно, то портить себе в этом мире карму – прямой путь в могилу. А как мне ее не портить, если мне судьбой назначено быть убийцей иммунных? Или взять того же Лося – он, наоборот, получил смертный приговор за слишком положительную карму. И как этого избежать? Как мне пройти между кармической Сциллой и Харибдой мира Стикса и не подохнуть? И еще получается, что я выполнил возложенную на меня Ульем «миссию» и сопутствующая мне удача закончилась. Дальше типа сам по себе?
Хотя, о чем это я? В Улье – день прожил, и радоваться нужно, а не загадывать на годы вперед. Не тот это мир, совсем не тот, где можно строить долгоиграющие планы – тут главное выжить в ближайшей перспективе. Меня вот завтра, скорее всего, снова поймают и вернут в знакомое помещение на знакомые столы, может даже на тот самый стол, где довелось полежать в первый раз. А я тут предаюсь философским размышлениям на вечные темы. Ну, точно – Диоген, мать твою раз так!
К месту, подходящему для выгрузки на берег, я приплыл еще затемно. Это место высадки мне подсказал дар поиска – я искал проходящую поблизости от реки лесную просеку, уходящую в нужном направлении и не обрывающуюся на границе кластера. Такая нашлась почти в самом конце кластера, соседнего с базой муров. Была у меня вначале заманчивая мысль – плыть до упора и отправить пустую лодку по течению на мертвый кластер, но, немного подумав, решил выгружаться на берег – не факт, что на границе с чернотой найдется еще одно, такое же удобное, место для высадки.
Подзарядившись от Бобра, я избавился от трупа и провонявшего потом одеяния знахаря, выгрузил на берег тела оставшихся Шляпы и Клеща, каталку, рюкзаки с вещами и полез в реку окунуться. Вода оказалась теплой, как парное молоко. В Улье вроде всегда лето, и за день река хорошо нагревается. Не одеваясь, завел мотор и отогнал лодку назад по реке примерно километра на полтора, где ее и оставил, а к месту стоянки добрался вплавь. Когда вернулся, как раз стало достаточно светло для дальнейших действий.
Я не стал долго рассиживаться на берегу – мне надо побыстрее перетащить все свое немалое хозяйство подальше от берега. Стесняться здесь некого, а так как полотенца у меня с собой не было, пришлось голышом перетаскивать муров и вещи на лесную дорогу – заодно и обсохну после купания. Картина была та еще – голый лысый небритый мужик в одних армейских ботинках и наплечной кобуре и с болтающимся у него на шее МР9, носит по лесу вещи от берега реки на просеку. В пистолет-пулемет вставлен длиннющий магазин, а из наплечной кобуры выглядывают три таких же запасных рожка.
