И поведало мне начальство злонравное, что после моего побега было пришествие бриттов с вилами и факелами за номером два. Наших бессознательных караульных оттащили раньше, а вот бриттские служители культа к замятне не явились (что однозначно намекает на то, что первый раз был властями бриттов организован).
Но отбились, уж с какими для бриттов жертвами — Добродум не поведал. Через пару часов, когда толпа была разогнана, явились бриттские политики и милитанты, «претензии предъявлять». Впрочем, рожи они имели озадаченные, а помахивание невинно убиенным трупом «меня» их и вовсе от предъявления отвратило.
В результате в оставшиеся дни пустырь от прочего Лондиниума отделяла круглосуточно дежурившая цепочка милитантов. Ну, даже обучаемые на удивление, отметил я. Да и каких-то извинений или компенсаций за «невинно убиенного секретаря» ни Леший в частности, ни посольство в целом не получило.
А вот с политикой межполисной выходило забавно: судя по времени появления «фактора Капута», переговоров с политиками непосредственно Лондиниума и прочему, выходила картина, что к агрессивным действиям часть бриттов не стремится. Причём, как бы не большая часть политиков: результаты переговоров четко обозначили в бриттских верхах две категории, экспансистов-реваншистов и консерваторов-изоляционистов. Последних было более, и были они весомее, хотя, как высказался Леший, да и сам я подумал, изоляционисты они «до срока».
Экспансисты также были неоднородны, от «всем намстим, Капут с нами» до ползучей религиозной экспансии, которой бритты и были до текущего момента заняты.
Но посольство вопрос поставило ребром: мол, нам ваши капуты не угодны, более того, Союз Полисов Гардарики настаивает на проведении плебисцитов в аннексированных вашей гадской унией Полисах. На тему, а нужна ли эта уния. Бритты вслух ругаться, радуя наших послов, не пожелали, но, по словам Лешего, зыркали друг на дружку столь интенсивно, что воздух дрожал в самом прямом смысле.
Но в итоге, на плебисциты добро дали. А главное, следующий вопрос, в котором уже среди наших посольских были трения, решился сам и быстро.
А именно, запрет на религиозную пропаганду на территории Полисов Гардарики (с толстым намёком, что такового не желают и прочие Полисы), и уведомления, что пребывания служителей культа Капута, в ином качестве, кроме как простых людей, на территории Гардарики будет преступлением.
И вот на этот, внушающий «нашим» резонные опасения, ультиматум, ответил сам капутный архижрец. На тему что «и не собирались»(!), сами приползёте и милости капутной на коленях вымаливать будете. И в бумагах и договорах итоговых этот ультиматум зафиксирован, споров и обсуждений с бриттской стороны не вызвал.
Далее, выяснилось, что этот Капут делает точно и достоверно, а что в теории. В чём мной доставленные документы оказали немалую подмогу. И было это как раз телепортацией, как в пределах Земли, так и непонятно куда, объёмов вещества до трёх кубических вёрст. Далее, очевидно было зафиксировано вполне «божественное» действие, а именно «удача», чисто мистическое проявление, определяемое оценочной шкалой «благословлённого». Ну и, наконец, виденное нами самими отращивание конечностей.
При всём при этом, ответа на вопрос «откуда» не было, а вот с манифестацией как самого Капута (которые вообще были лишь теоретическими), так и его послатого (или послатых, шут знает) золотого мужика. Были эти манифестации чётко локализованы действием неких фигулин, алтарного (или нет) типа. Собственно, одним из докладов аквилы был доклад о заключении Лондиниума в цепь алтарей.
И ездящие «на переговоры» жрецы таскали с собой специальные алтари, которыми как явления, так и проявления капутные были ограничены.
— Ваши выводы, Ормонд Володимирович? — злодейски, невзирая на мои травмы душевные, им же нанесённые, вопросило начальство змейское в конце своего рассказа.
— Для начала, Добродум Аполлонович, вот до сих пор я окончательно не уверен, что не мистификация это большая. Причём «нежелание» бриттов на конфликт идти в рамки этого моего предположения вполне укладывается. Потому как, положим, всё, что мы зрели, не есть манифестация тварей божественных, а скажем, проявление работы десятков, а то и сотен одарённых, локализованных в месте одном и координируемых техническим устройством, которое назовём условно «алтарь», — выдал я.
— Исцеление, — бросил Леший. — Благословение на удачу. Кроме того, сама природа подобного «объединения возможностей одарённых» пусть и не невозможно в теории, но потребует строительства некоего монструозного прибора, многоверстовых размеров. Он и работать-то из-за размеров и неизбежных ошибок не будет, не говоря о том, что такое чудовищное строительство и трату ресурсов не скрыть никак.
