— Пустое, Ормонд Володимирович, — уместив тарель, ответствовал Добродум. — И, признаться, удивили вы меня… Впрочем, не буду отвлекать, — и ретировался, тварь эфирная, с этими словами.
Я на всякий случай, похрустывая питанием, в экран стал пристальнее вглядываться: ну мало ли, сглазил, путь заплёл. Лешие всяческие такие, они могут. Впрочем, пока всё было в рамках нормы, отклонения в полёте своевременно корректировались.
И, что немаловажно, эфирной связью, что давало мгновенный отклик и надежду на эфирную связь и в пустоте. Потому как, хоть радиосвязь и имеет ряд преимуществ, но, в отличие от эфирной, не мгновенна. Особенно, на подобных расстояниях.
Хотя, признаться, к четвёртому часу усталость стала накапливаться. Впрочем, я неодарённых девчонок отпустил, запаралелив их телеметрию на себя — пока ракета была в относительно плотной атмосфере, параметров было намного больше, а сейчас и сам справился. Но подруги никуда не ушли, а прихватив стулья, уселись рядом со мной.
— Итак, барышни, что уже с уверенностью можно сказать: эфирная связь работает вне атмосферы планеты, — затеял я разговор, не прерывая наблюдений. — И это прекрасно.
— А твои электромагнитные волны, которые ты лучами называешь? — полюбопытствовала Мила.
— Так же работает, но с запозданием относительно эфирной. И не во всех диапазонах, то есть атмосфера Земли препятствие скорее радио, а не эфиру. Вообще, уже можно сказать, что разницы нет, почти со стопроцентной уверенностью, — довольно покивал я.
— А сейчас у тебя… — попробовала понять Люц, вглядываясь в экран.
— Сбрасываю скорость и меняю траекторию, — ответил я. — Наша ракета слишком разогналась, хотя это нормально и было в расчётах. А за счёт эфирной связи мы сможем спозиционировать спутник идеально точно.
— Любопытно, Ормонд Влодимирович, — послышался голос Главы Академии, а быстро обернувшись, я обнаружил, что большинство гостей стоят неподалёку и греют… и внимают нашим речам. — То есть ваша ракета уже могла достигнуть потребной высоты?
— Именно так, — ответствовал я. — Но нам нужна не только высота, но и скорость и траектория. Соответственно, ракета движется не по прямой и по сути, обогнула Землю. На данный момент я приближаю скорость к потребной.
— Любопытно, — подал голос Легат. — И сколько груза может нести по вашим мыслям сия ракета?
— До нескольких тонн, Валериан Антиохович, в теории. Но, признаться, использование её в милитантских целях видится мне неверной, — ответил я.
— Вам, да и, пожалуй, мне, возможно и так, — произнёс Легат. — А вот за многих иных не поручусь.
— Система спутников обнаружения, описанная в брошюре, — отметил я. — Не только позволит отслеживать старты авиации, против которой, кстати, ракеты будут прекрасной защитой, — отметил я. — Но и старты самих ракет, ежели и появится таковой зложелатель.
— Ну и появится таковой, и что мы сделаем? — резонно вопросил милитант.
— Та же ракета-перехватчик, с взрывчатым веществом и кучей поражающих элементов. Либо термическим излучателем. Возможности атаки и защиты выйдут уравновешены, так что мне видится верным не тратить ресурсы на разработку оружия, — отпарировал я.
— Возможно и так, возможно, — спустя несколько секунд ответил собеседник. — Но на разработке защитных ракет я категорически настаиваю! — выдал он в общем-то логичное требование.
— Да и спутники, — подал голос Глава Академии. — У вас приведены высоты, варианты их орбит, Ормонд Володимирович. Но не указано их потребное количество. Я точно сказать не могу, но их потребно тысячи, для наблюдения за поверхностью планеты.
— Примерно так, — не стал спорить я, хотя внутренне поморщился от несвоевременного вопроса. — Но у меня есть предложение, которое сможет решить этот вопрос. Впрочем, я озвучу его после успешного вывода нашего первопроходца на орбиту.
— Первопроходец, — проскрипел Остромир. — Прекрасное название, — на что наблюдатели одобрительно загудели.
Ну, вполне сносное название, отметил я, пощёлкивая переключателями. Через несколько десятков минут ракета двигалась вместе со спутником, судя по телеметрии с нужной скоростью и на нужной высоте. Девчонки радостно приветствовали сей момент попискиванием, чмоками в щёки и прочим, но я пока не радовался. Было еще одно дело.
— А сейчас чем вы заняты? — последовал вопрос. — Судя по поведению ваших помощниц, всё удалось?
— Всё да не всё, — ответил я, дождавшись остановки тяги и подав команду на отстыковку. — На данный момент на орбите и спутник, и ракета. Последнюю я отсоединил, но на орбите ей делать нечего. Так что я её направляю к Земле.
— А где она окажется? — последовал заинтересованный вопрос. — И не найдут ли её… — тут вопрошающий не договорил, но смысл был понятен.
— Окажется она в атмосфере. В самом буквальном смысле этого слова. Сгорит от трения, — ответил я, увеличивая тягу. — Войдёт в атмосферу под острым углом, оболочку мы рассчитывали с учётом этого, и она просто сгорит, как астероид. Так, уважаемые, внимание на экран! — громко озвучил я, щёлкнув переключателем.
