— Может, когда ты закончишь дела, благодарные жители подарят тебе золотые часы с гравировкой, — с горечью сказала Энн. — Или явятся к тебе на похороны и устроят грандиозные поминки.
— Тебе страшно хочется, чтобы я согласился на эту работу. Да, Энн? — тихо спросил Паркер.
Ее глаза снова заблестели, и она отдернула руку.
— Это тебе решать, Клинт.
Паркер проводил ее к выходу. У двери Энн остановилась, внимательно посмотрела на него и спросила:
— Кто нашел гильзу? От пули, убившей Кэмпбелла?
— Кеннеди. А что? Кэмпбелл припозднился, Бетц с Иганом отправились его искать. Заглянули к Кеннеди и взяли его с собой. Бетц обнаружил труп, они решили осмотреться, и Кеннеди набрел на гильзу.
— К тому же он из независимых.
Паркер угрюмо кивнул. Энн понизила голос до шепота:
— Папа сказал, что не станет тебя винить, если заключенный сбежит из тюрьмы. И никто не будет.
— Так нельзя, Энн, — покачал головой Паркер. — Тогда Люку не отмыться. Я уверен, что он не убивал Кэмпбелла. Ему нужно попытать удачи в суде. Пусть решают присяжные.
Энн прошагала по дощатому тротуару и вскочила в седло. Проводив ее взглядом, Паркер поднял руку. Энн помахала ему в ответ и умчалась прочь.
Вернувшись в кабинет, Клинт уселся за стол, скрутил сигарету, закурил и стал смотреть, как над лампой клубится дым.
Было бы здорово уйти на должность, о которой говорила Энн. Платят гораздо больше, чем шерифу. К тому же там есть куда расти. Они с Энн могли бы пожениться. Хоть завтра. Во время последней встречи Хэнк Хортон настаивал, чтобы Паркер согласился на новое место. Из кожи вон лез, уговаривая. Паркер тогда осадил старика: решил, что Хортон собирается посадить на его место Гиббса.
Он, Паркер, единственный кандидат от независимых фермеров, способный победить на выборах. Стоит ему уехать, и «Ацтек», «Бар-Си», «Дикая индейка», даже «Гнутая стрела» Хортона перейдут в наступление. Начнут пасти скот на чужой земле, устраивать засады, перестрелки… Иной раз, чтобы разжечь войну в долине, достаточно пары грубых слов.
Маленький человек не переживет такой войны. Ранчо Аткинсов, ферма Кеннеди, Джордж Лейн, старина Джим О’Нил и остальные — никто не выстоит перед топотом копыт, лаем револьверов и дымом над пылающими домами.
Пока в кабинете шерифа сидит Клинт Паркер, крупные скотопромышленники не рискнут начать войну. Но как только он положит свою звезду на стол…
В коридоре скрипнули доски, и Паркер поднял глаза. В кабинет вошел помощник шерифа Боб Сойер. В руках у него были тарелки с едой.
— Помираю как есть хочу, — признался Паркер. — Тебя только за смертью посылать. Что принес? Не дай бог, что-то невкусное.
Сойер довольно рыгнул, поставил тарелки на стол и объявил:
— Курятина. А задержался потому, что выпить зашел.
— Отнесу Люку ужин. — Схватив тарелку, Паркер вышел в коридор.
Сойер опустился на стул, отодвинулся к стене и стал скручивать сигарету.
Паркер отомкнул дверь камеры и вошел.
— На, Люк, поешь.
— Совсем забыл про свет. — Люк поерзал в темноте. — Сижу думаю.
Чиркнув спичкой о штаны, он нагнулся к лампе, снял стеклянную колбу, поднес огонь к фитилю и вернул колбу на место. Паркер поставил тарелку на стол.
— Пошлешь кого-нибудь к нам на ферму? — спросил Люк.
— Утром, — ответил Паркер. — Вариант у меня только один, Эрни Джексон. Но даже он там справится.
— Хочется верить, что я здесь ненадолго. — Люк придвинул к себе тарелку. — Чтобы нанять помощника, нужны деньги, а их у меня кот наплакал.
— Об этом не беспокойся, — сказал Паркер. — Я все решу. Ведь это я посадил тебя за решетку, так что с меня причитается. Хотя… здесь тебе безопаснее всего. Будь ты где-то еще, парни с «Дикой индейки» уже открыли бы охоту.
— Я способен себя защитить, — возразил Люк, но заметно приуныл.
— Утром схожу к окружному прокурору, — продолжил Паркер. — Он устроит предварительное слушание. Надеюсь, судья назначит скромный залог…
— Держи карман шире, — фыркнул Люк. — Шкуры они продажные. Что судья, что прокурор. Оба пляшут под дудку «Индейки».
— Посмотрим, что можно сделать, — утешал его Паркер. — Если что-то понадобится — например, второе одеяло, — не стесняйся крикнуть. Я буду в соседней комнате.
Люк прожевал кусок курицы и взглянул на Паркера:
— Только честно, Клинт. Ты же не думаешь, что я виноват в смерти Кэмпбелла?
— Проклятье! Конечно нет.
— По правде говоря, я не раз подумывал его застрелить, — признался Люк. — Как только подвернется удобный случай. Но сам такого случая не искал.
— Ты бы убил его в честном бою, лицом к лицу, — сказал Паркер. — Не стал бы устраивать засаду.
Люк снова занялся курицей, а Паркер, неловко переступив с ноги на ногу, повернулся к выходу.
— Не забудь крикнуть, если что-нибудь понадобится, — напомнил он и закрыл дверь.
Услышал, как язычок замка встал на место, и вернулся к себе в кабинет.
Сойер сидел, прислонившись к стене, курил и смотрел в потолок.
— Что слышно в городе? — спросил у него Паркер.
