— Кого? — мужчина плавно открыл и закрыл глаза.
— Шнитке, — вслушался в игру на сковородке с видом дирижёра симфонического оркестра. — Кажись…
— Понятно, — «всё поняв», покачал головой Данович. — Металлург… Скоро пойдём отсюда, а то тебе что-нибудь другое померещится. Шостакович, например. Вот только ещё с одним «каморадом» поговорю, а то где мне их потом всех в одной хате собрать.
— Тоже «старый француз»?
— Да. Только он ещё к тому же государственный муж.
— Измайлова, кстати, любимая тема, насчёт государства и закона.
— И что за тема?
— Тема? — я попытался запихнуть в мозг и одновременно вывести наружу результат всего, услышанного в своё время от Игоря. — Ну… Тема стандартная. Государство и право, как два самых удачных изобретения за весь период эволюции человечества.
— Что? — Саныч даже поморщился, выслушивая эту скороговорку. — Не понял. Ещё раз, помедленнее и не так заумно.
Повторил, как можно внятнее произнося слова, причем сам с интересом вслушивался в их содержание. Данович отреагировал кратко и лаконично.
— Бред.
— Что бред? — не понял теперь я.
— Всё бред. Всё, что он тебе нёс насчёт «институтов государственной власти», полный бред. И государство — бред, и сама эта тема — бред. Звучит, правда, красиво — «Институт государственной власти». Но не более того.
Реплика прозвучала как раз в такт музыке. В сопровождении рояля, так сказать. Шнитке…
— И что?
— И ничего, — мужчина пожал плечами. — Тебе интересно?
— Интересно.
— А-а… Понятно. Сравнить хочешь. Всё познаётся в сГавнении, — он произнёс эту фразу на одесский манер, с нарочно сильной картавостью. — СГавни, сГавни, — Данович несколько секунд помолчал. — Видишь ли, для Измайлова государство являлось инструментом, с помощью которого он стремился реализовать свои потребности. Потому он и любил так сию тему.
— Так Игорь и не скрывал этого.
— Какой Игорь?
— Ну, в смысле Измайлов.
— Тогда тем более всё понятно. Такие люди, как он, всегда стараются опереться на власть, ища в государстве покровителя, а при удобном стечении обстоятельств и сами используют эти институты. Потому как больше они ни на что опереться не могут. Государство и создаётся такими вот Измайловыми и для Измайловых. Они и будут защищать изо всех сил его надуманные ценности, потому что защищают в первую очередь самих себя. При этом на нас им глубоко плевать, если не сказать жёстче. Так на кой чёрт мне нужны все эти Измайловы вместе со всеми их многочисленными государствами? Все они ребята конечно хорошие, в меру весёлые, иногда честные, но хоть бы кто-нибудь из них, хотя бы раз в жизни, публично и открыто признался, что любая государственная власть есть не что иное, как узаконенная возможность одних жить за счёт других. Слышал ты когда-нибудь подобные признания от всяких там президентов или просто чиновников? И не услышишь. Но зато тебе популярно объяснят, что без государства ты пропадёшь, а следом земля сойдёт с орбиты и исчезнет во мраке космоса. Так что, никаких… Ну а если не поймёшь, — Саныч посмотрел выразительно. — Растолкуют более доходчиво. Измайлов знал, что говорил. Голова у него на правильном месте росла.
— Росла…