— Любое государство, с любыми законами, способен создать любой индивидуум, у которого хватит сил доказать, что он прав. Банальных физических сил. Моральная сторона вопроса утрясётся сама собой через некоторое время. При всей ущербности своей демократии, Америка является флагманом государственности потому, что у неё кулаки крепкие. О том, что строилась она на костях и крови проживавших до этого на территории континента индейцев, никто не вспоминает. Дай сейчас индейцам кулаки более мощные, чем у белых, и через сто лет страна краснокожих будет считаться во всём мире единственным законным государственным образованием в Северной Америке. Да ладно, Америка… Вот, к примеру, попробуй представить, что мы с тобой вдруг стали ну очень сильными. Или научились чему-то такому ужасному, превратились в непобедимых монстров, овладели искусством убивать человека взглядом или даже мыслью. Другими словами, приобрели оружие, превосходящее по своим возможностям любое другое на земле. Что мы делаем? Мы селимся в каком-нибудь глухом посёлке, где-нибудь в Сибири. Ты из Красноярска? Ну, значит, остановимся там неподалёку. Рядом с посёлком, в лесу отгородим территорию и объявим её суверенным государством с названием «Великое Медвежье Княжество — ВМК». Себя, разумеется, назначим Великими Императорами или ещё как-нибудь позаковыристей. Потом издадим свод законов, конституцию, не имеющую ничего общего с российской и т. д. Телеграфируем об этом в Москву, в ООН и на планету Марс. На Марс просто так, для большей солидности. Как ты думаешь, какова будет реакция официальных властей? Правильно. Они либо постараются нас успокоить, либо сочтут за дураков и не прореагируют вовсе. Тогда мы обидимся и присоединим к своему государству соседний посёлок, посулив местным жителям, которым вообще до еловой шишки с кем жить, множество благ. Недовольных посадим в тюрьму или выселим за пределы Медвежии. Да, кстати, тюрьму нужно будет построить в первую очередь, мы ведь государство. Жителям, принявшим нашу власть, объявим, что одним из пунктов нового закона является разрешение экспроприации денежных средств и других ценностей у любого объекта и субъекта, находящихся за пределами территории княжества. Затем введём собственную валюту или объявим национальной валютой российские рубли или доллары США. С этой целью, в соответствии с законом и пользуясь своими феноменальными способностями, мы экспроприируем деньги в банке ближайшего города. Народ нас поддержит. Тех, кто не поддержит, приговорим к расстрелу, на глазах толпы зачитаем список их преступлений перед конституцией, объявим врагами народа, а потом помилуем, что прибавит нам уважения. Разумеется, после всего этого самоуправства российские власти завопят: «Беспредел!» — и предпримут отчаянную попытку навести порядок и арестовать зарвавшихся наглецов, то бишь нас. Но мы уничтожим посланную милицию и силы быстрого реагирования. После чего сразу же оповестим мировую общественность о срыве коварных планов милитаристской России оккупировать территорию суверенного Великого Медвежьего Княжества. Несколько мелких европейских стран, в силу своей хронической ненависти к России, а ещё больше в силу своей говнистости, например, страны Прибалтики, с радостью осудят «вмешательство России в дела суверенного государства» и попытаются поднять компанию протеста. Отпраздновав победу и укрепив свой авторитет в глазах «собственного народа» и прибалтийской общественности, мы в результате контрнаступления присоединим к ВМК город Красноярск и объявим его новой столицей нашего княжества. Заодно, прицепим ещё пару-тройку крупных городов. В доказательство того, что правы именно мы, придётся несколько раз разгромить «вражескую армию» и расширить границы государства до размеров бывшего СССР, включая недальновидную Прибалтику. Таким образом, опираясь исключительно на силу, мы создадим государство, жители которого заживут в меру счастливой жизнью, при полном перевороте с ног на голову прежних законов и понятий. Кстати, религию необходимо подобрать также новую, дабы во всеуслышание заявить, что с нами Бог. Именно с нами, а не с теми, кто нам противостоял, и все наши победы объясняются присутствием возле нас нашего Господа. Вот тут-то и вспомнится та телеграмма на Марс в начале «Большого пути». Итак, все мысли и взоры устремляем в небо, а купола новых церквей расписываем изображением ничего не подозревающего четвёртого спутника Солнца. Через пятьдесят-сто, а в случае если удастся прибрать к рукам всю планету, меньшее количество лет, законы нашего государства будут признаны единственно правильными и соответствующими морали и нормам человеческого общества. И никто не вспомнит, что всё это мы придумали ради собственных эгоистических интересов. Вот что такое государство и институт государственной власти, будь то российский, французский, американский или какой-либо ещё. Хорошо надутый и с виду благополучный мыльный пузырь. Как можно, вообще, серьёзно говорить о подобной ахинее? Тем более участвовать во всей этой клоунаде. Закон суров, но это закон… Гениальное изречение, но только для умных. Изречение, которое само себя высмеивает, правда так, что сатиру в ней заключённую понимают лишь немногие. Остальные берут то, что лежит на поверхности и пытаются вылепить из этого второсортного материала идеалы для своего общества, — Данович повернул голову в сторону рояля. — Вот такая песня, как раз под стать музыке. Слава Богу, прекратили играть.