Поразмышляла над этим и добавила еще один пункт к анализу: как можно скорее заняться ментальной магией и поискать, какие еще внушения оставил Голос. Появилось у меня такое подозрение, и оставлять это дело как есть мне совсем не хотелось — кто знает, где и что выстрелит.
Я закинула на телегу очередной тюк соломы и вытерла пот со лба. Пусть я сейчас выгляжу крепким мужчиной лет двадцати, но силы приходится прилагать собственные, пусть даже усиленные магией. Долго еще этого недоделанного садиста ждать? Понятно, что я должна быть терпеливой и все такое прочее, но это не мешает мне мысленно костерить свою будущую жертву. Уже пять дней тут корячусь, дожидаясь того, кто мне нужен. Если заказчик ошибся…
— Тарн, ты чем занят, бездельник?!
Сам такой! Уж кто бы говорил. Этот сынок хозяина постоялого двора вывел меня из себя уже на второй день своим высокомерием и постоянными придирками. Сам делать ничего не хочет, все на других переложить норовит. Если бы не дело, точно накостыляла бы ему, а так приходится терпеть, изображая из себя этакого недалекого увальня-крестьянина, нанявшегося на сезонную работу. Сейчас ведь самые караваны идут и работы много. Появление Аркота должно стать моим избавлением.
Когда я заявила Григу, что мне нужно на неделю убраться из города ради отработки очень важного заклинания, без которого мне нечего даже соваться в академию, он растерялся.
— Ты серьезно? Ларесса, Торн уже почти договорился, и ты станешь одной из претенденток на личные слуги… Ты ведь этого хотела, не просто стать прислугой?
— Прислуга не имеет доступа в те помещения, куда мне надо попасть обязательно, а личные слуги почти всегда сопровождают своих господ, как я слышала.
— Это все верно, но тогда тебе поставят печать слуги…
Я укоризненно покачала головой.
— Григ, помнишь, что я тебе говорила, когда ставила блок? Ты теперь защищен от печати слуги. Так почему ты думаешь, что я, защитив тебя, не смогу защитить себя?
— Э-э… а моя защита и от тебя защитит?
Я укоризненно посмотрела на Грига и квакнула, напоминая.
— Любое заклятье безоговорочно подчиняется магу, его создавшему. Потому, кстати, если надо кого защитить от ментальной атаки, такую защиту ставят одновременно несколько магов. Свою защиту каждый из них преодолеет, а вот защиту других… Ну а себе я сама ставлю защиту.
— Спорить не буду, тут тебе виднее, но если тебя поймают, Гильдии может достаться, — комментировать мои откровения Григ не стал, только вздохнул печально-печально.
— Можете валить все на меня. Пробралась, втерлась в доверие. В общем, это будет правдой ведь.
— Ларесса, это не шутки.
— Григ, поверь, если меня поймают, мне будет совсем не до шуток. И ваши слова мое положение не улучшат и не ухудшат.
— Ладно, но что я скажу Торну?
— Уверена, придумаешь, что сказать. В конце концов, можешь просто сказать, что мне надоело сидеть в городе и я хочу прогуляться.
— Смешно. Но через десять дней тебе надо быть в академии на смотринах!
— Смотрины, — томно протянула я. — Как это звучит… словно невесту выбирать будут.
— Тьфу на тебя! Шутит еще. Тебе действительно так надо уехать?
— Надо. И за десять дней я успею.
Надо ли? Да нет, конечно, но все равно сделаю. Тогда, после той ночи, признав, что глупо обманывать себя, я признала и свою сущность. Не могу радоваться тому, кем я стала, но и устраивать истерики и жалеть себя не собираюсь. Не могу уйти от судьбы Интерфекта, но зато могу выбирать жертвы. Хотя, конечно, стоит все-таки заняться сначала тренировками, а потом уже… гм… работой. Почему же я согласилась на очередной заказ? Из-за Аркота, именно его мне заказали, и даже за очень неплохие деньги. Но этого человека… какого человека, чудовище в человеческом облике, я убила бы и бесплатно. Я не собираюсь печься о благе человечества, устраивать охоту за чудовищем на безвозмездной основе. Я не ангел и даже не Бэтмен, чтобы бороться со злом за свои деньги, помнится, тот еще очень богатым был и мог себе такую блажь позволить. Но раз уж есть заказ и за это платят, почему бы не избавить мир от мрази?
Об Аркоте я слышала еще будучи апостификом у Маренса. Даже сами маги отзывались о нем как о чудовище, а это о многом говорит. Гениальный исследователь Дома Райн, он, казалось, ради своих исследований отбросил все нормы морали, ставя эксперименты даже над магами, пусть и преступниками, или же над пойманными учениками свободных магов, которых он специально просил ловить живыми. Среди людей его именем пугали детей, а рабы предпочитали любыми средствами покончить с собой, если узнавали, что их покупал Дом Райн.
