— Это кто еще кого закогтит! — тяжело дыша, но разборчиво, в той же скоморошьей традиции отвечал Шонма. — Вот как я сейчас тебя секирой-то посеку, Андрей Вяз, так и наша Лиихна будет вашего жениха плеткой сечь, сковородкой жечь!
И все в таком духе.
В общем, так мы побегали друг за другом минут пять или даже семь — неимоверно долго для обычного боя, но шоу есть шоу! Потом я извернулся все-таки, скользнул за спину Шонме — он сделал вид, что этого не заметил (а может, и вправду не заметил?) и несколько секунд потешно искал меня, тогда как я за спиной повторял все его движения. Мне это было легче, потому что орк был намного выше и шире меня в плечах. Зрители от души хохотали, кто-то кричал: «Он сзади, сзади!», а кто-то «Врежь ему, барон!»
В итоге Ханна ударила Шонму по нижней части спины плашмя — не совсем по заднице, видно, решила, что это уже немного перегиб со скабрезными шуточками, учитывая, что она все-таки женщина и моя жена. Однако намек был совершенно очевиден!
— Ах вы! — Шонма, потешно щурясь, развернулся к нам.
— Пока ты тут крутился, лентяй этакий, я мог тебя обезглавить, требуху вытащить, и чучело набить — да ради племянницы твоей пожалел! — наглым тоном заявил я. — Так что выдавай твою красавицу нашему славному парню, уж он-то с ней лениться не будет!
— Смотри, если будет лениться, она сама из него чучело набьет, да с нужными частями потверже! — захохотал Шонма. — Глядишь, оно лучше ей послужит!
И это еще, я так понимаю, орки слегка засамоцензурились!
Дальше Шонма за руку вывел из дома Лиихну и передал ее мне, а я передал ее руку Габриэлю. Орчанка, между прочим, была одета в ярко-зеленое платье, богато украшенное вышивкой — то самое, в котором ходила делать «первое предложение» Габриэлю! И украшения на ней тоже были те же самые.
На этом орочья часть обряда считалась практически законченной! По сути, оставалось только пойти в Дом Предков и сообщить им о том, что девушка меняет род. Однако Дома Предков здесь, конечно, не было, так что Шонма просто прокричал зычным голосом в небо, что отдает Лиихну Раввикиль, дочь Иркана и Арсы Раввикиль, в жены Габриэлю Лираэнну, чтобы был навечно между его ветвью рода Лираэннов и родом Раввикиль мир и согласие.
И после этого оставался только пир.
Однако у людей все было не так просто. Если бы Габриэль и Лиихна хотели просто заключить брак, им достаточно было бы пойти в храм любого бога или Пантеон и заплатить любому жрецу, чтобы тот внес их клятвы у алтаря в специальную храмовую книгу бракосочетаний. Вот и все. Не худо бы еще заручиться помощью нескольких свидетелей — чем больше, тем лучше — чтобы было кому подтвердить факт бракосочетания, если запись в храмовых книгах затеряется. Свадебный пир отчасти устраивался именно ради этих целей: чтобы созвать людей со всей округи!.
Однако эти двое решили, что непременно хотят заключить брак через богиню Любви — то есть такой, где богиня своей репутацией и авторитетом гарантирует их союз. Это некий аналог обязывающего христианского брака: если в обычном здешнем браке развод всегда можно получить просто по желанию одной из сторон (там есть свои юридические тонкости, но позиция Храма такова, что желания достаточно), то брак через богиню Любви нерасторжим, если обе стороны не согласятся с этим. Причем там есть и дополнительные условия: например, если один из супругов изменяет, то второй может обратиться к богине Любви — и та накажет изменщика или изменщицу. Например, удачу в делах отберет или еще что-нибудь неприятное устроит. Работает не всегда (то ли Любовь учитывает смягчающие обстоятельства, то ли порой у молящегося тоже рыльце в пушку), но достаточно часто! Да и стоит заключение таких браков дороже, плюс не всякая пара может добраться до жреца Любви с истинным зрением (а оно нужно, чтобы заключить такой брак — проверить, что никто из пары уже не состоит в браке). Так что в целом такие браки принято заключать только у аристократии или у богатых семейств, которым нужны гарантии объединения капитала. Простой люд обходится и так.
Предыдущий брак Габриэля, кстати, тоже был заключен через богиню Любви.
В общем, едва поединок закончился, как мне настал черед менять самый яркий и пестрый наряд, который я только сумел составить из своего гардероба, на официальную бело-розовую мантию жреца Любви. И прежде чем кто-то представил меня в балахоне с сердечками: нет, Рагна сделала мне довольно симпатичную прямую робу со вставками благородного серовато-розового цвета (кажется, в моем прежнем мире он назывался «пудровым»). На слет байкеров в такой не пойдешь, но в целом выглядело достойно.
Про обряд мне уже подробно успели рассказать Габриэль, который через него проходил, и Ханна, которая, оказывается, любила любовные романы, а потому помнила его наизусть. Он, кстати, оказался довольно простым. И, к моему удивлению, в нем ни слова не было о собственно любви, хотя казалось бы!
