С одной стороны, последние полгода с лишним… да нет, уже две трети учебного года прошло!.. преподавание давалось мне непросто. Да и разлука с женами не радовала. Опять же, мне приходилось еще и удаленно заниматься делами манора — не так просто, как кажется.
Но все это оправдывала возможность подобраться к нужным материалам в библиотеке для наших личных задач, а с другой стороны — осознание, что я делаю реально нужное дело и действительно помогаю этим детям! Отец Питера Эдвардса заметил совершенно правильно: никак особенно я не изощрялся, никаких америк не открывал, «лучшие практики» не внедрял, чудес психологического анализа и наставничества не показывал. Просто настолько добросовестно и последовательно, насколько мог, исполнял нехитрые правила, которые принял еще в начале учебного года: физкультура, внеклассная активность (мастерская), поощрение за реальный результат и нагружать каждого ребенка по максимуму — и вроде бы этого оказалось достаточно. В том смысле, что никто не умер, все делали значительные успехи, а Жан, Питер и Ротимер имели хороший шанс продолжить обучение сразу на третьем курсе. Точнее, Питер и Ротимер имели — Жан, несмотря на характерную для него прижимистость, отказался.
— Монеты это, конечно, сэкономит, — сказал он. — Но я договорился с городом о твердом сроке отработки — десять лет. Неважно, сколько я проучусь. Так что мне торопиться резону нет. Наоборот, лучше подольше здесь поторчать, побольше усвоить… — сын поденщика улыбнулся. — И самому на себя поработать на каникулах тоже!
А вот Мелисса зубами схватилась за возможность учиться на курс старше. Базы у нее было все же маловато, я опасался, что к концу весны девочка не сможет сдать необходимый минимум (экзамены здесь проходили в мае, а не в июне, как я привык). Но если она будет так же упорно трудиться летом (а есть ли возможность у нее делать это дома?), возможно, получит возможность перевестись осенью… Получила бы. При условии, что я бы ее поддержал и замолвил словечко. Теперь ничего не выйдет. Разве что Вилья согласится меня заменить в этом качестве.
«Блин, что значит теперь⁈ — спросил я сам себя. — Ты что, серьезно собирался остаться тут и на следующий учебный год⁈ Чтобы твои собственные родные дети без тебя росли, что ли? Или перетащить всю семью в столицу — или прямо сюда? Но здесь в квартире тесновато для всей кодлы. А кто будет в маноре делами заниматься?.. Мы ведь изначально согласились забраться в эту горную глушь именно затем, чтобы не светиться постоянным присутствием рядом с королевским двором! Хотя, если Иркан привезет орочьи семьи, и они останутся в маноре…»
Я слишком уж вжился за эти месяцы в академический быт! Ругал еду в столовой, прогуливался вокруг водно-огненного фонтана, приобрел любимые уголки и нежелательные маршруты, подружился с обслуживающим персоналом… Горничную нам кастелянша нашла, опять же, очень славную, готовит хорошо. Интересно, получится ли ее в манор сманить? Она женщина пожилая, может, соблазнится работать у некромантов и магов Природы, которые ее, если что, всегда смогут подлечить.
Опять же, я почти что подружился с Веллертом Эйбрахтом и замдекана Вильей — оба отличные мужики, каждый в своем роде. «Почти», потому что на настоящую дружбу у нас троих просто времени не было! Да и в изучении Ночки неплохо продвинулся, и Леу поддерживал.
Нет, нет, хватит этой шарады! С некромантами-первокурсниками я еще справлялся, но потом…
А что потом, с другой стороны? Курировать, я, допустим, буду второй курс, но учить — опять свежих перваков, в этом году просто так удачно совпало. На первый курс моих знаний хватает.
Вдруг Академия магических наук в Ненте действительно примет мой диплом Московского государственного педагогического университета — сюр, конечно, но что в моей жизни сейчас не сюр?
С такими противоречивыми мыслями я обнаружил себя перед небольшим Пантеоном, расположенным на территории Академии. На полноценный храм это святилище все-таки не тянуло: здесь всего-то и было, что привычный мне уже портик с колоннадой, небольшой зал и несколько алтарей. Так, боги Огня, Воды, Света, Земли и Воздуха, с ними все понятно. А где моя-то покровительница?
С удивлением я обнаружил, что алтаря богини Любви попросту не было! Богини Раздора тоже, но это меня не волновало: к ней я даже не собирался обращаться.
Никакого служителя в храме не было, так что я не мог ни у кого спросить, отчего двум самым молодым богиням здешнего пантеона такое пренебрежение! Может быть, именно оттого, что молодые? Академия-то строилась едва ли не сразу после колонизации этого мира, а Любовь и Раздор появились здесь всего около пятисот лет назад, насколько я помню.
Нет, ну все равно, можно же было добавить? Места по углам вполне достаточно…
