Наверное, это полупарализованное состояние испытывает обречённая на неминуемую гибель жертва, оказавшаяся в одной клетке с сильным, безжалостным хищником. В тот момент, когда он оценивающим взором исследует её перед роковым нападением, подбирает удобный участок тела, чтоб вцепиться мёртвой хваткой и… разорвать… сожрать…
Почему и сейчас, днём, в людном месте, она испытывает этот пронизывающий, странный страх?! Такой, что напрочь пропадает улыбка и возникает интуитивное ощущение нависшей угрозы. Желание исчезнуть, оказаться в другом месте. Как можно дальше…
«Опасность!» Беззвучно и безошибочно оглушающей сиреной вопит шестое чувство.
Верное предчувствие грядущей беды…
Ох… Умудрилась же испортить оставшиеся дни прекрасного отдыха ссорой с этим двуликим чудищем!
Стоп! Достаточно.
Спокойствие. Немедленно взять себя в руки.
Ничего страшного не может произойти! Они находятся среди разумных людей, под защитой солнечного дня, живут в цивилизованном стабильном мире! Он — не царь и не бандит. Такой же законопослушный гражданин и вынужден хотя бы на публике подчиняться общепринятым законам.
Надо расслабиться.
Но всей кожей отчаянно осязала, как леденящим сканером пронзает тяжёлый взгляд вновь не на шутку разозлённого врага. Хотелось свести лопатки и втянуть голову в плечи…
«Боже… Что ж со мной творится?! Почему такой безудержный, животный страх?! До слёз… Едва сдерживаешься от бессилия. От того, чтоб не броситься в паническое бегство…»
Когда отошли на приличное расстояние, незаметно прошептала подрагивающими губами сестре:
— Посмотри, ОН всё ещё следит за нами?
Маша оглянулась.
Георг зловеще возвышался на прежнем месте, ещё больше отделившись от группы своих товарищей. Заложил руки в карманы брюк, широко расставил ноги и воинственно растопырил локти в стороны. Пристально и иронично смотрел им вслед, надменно приподняв выбритый до лоска подбородок.
Обратно расстроенные девушки шли другой дорогой. Настроение было хуже некуда…
На следующий вечер отпускная компания, как обычно собралась вместе. Было тепло и безветренно. Расположились в излюбленной беседке. Нарезали и разогрели в микроволновке горячих бутербродов, заварили чай. Поставили большой тазик с фруктами. Желающие потягивали местное вино. Завязалась непринуждённая болтовня. С шутками, прибаутками и рассказами о событиях ушедшего дня.
Юля сидела с кислым видом и вяло реагировала на обсуждаемые новости. Сергей, видя её подавленное состояние поинтересовался, как прошла их недавняя экскурсия на море и понравилось ли общение с его приятелями.
И сестёр прорвало… Задели их самую больную точку. Неудержимый поток слов и эмоций горько полился из девушек. Они с горячностью и обидой говорили, перебивали друг друга, изображали события злополучной поездки.
Возмущались хамским поведением Георгия. Претензиями и запросами всех местных мужчин. Вспоминали новые подробности оскорбления, силу удара, траекторию полёта. Показывали пострадавшее ухо. Повторяли уже сказанное, дополняя упущенными деталями.
Сергей охал, ахал, цокал языком. Переспрашивал, уточнял, заглядывал в демонстрируемое ухо и сочувственно качал головой. Пока увлечённые своим живописным повествованием, сёстры не заметили, что он откровенно посмеивается и подтрунивает над ними.
Это их вдруг успокоило. Для порядка слегка отругали слушателя за ехидное выражение лица, за нечуткость и толстокожесть, проявленные при описании перенесённых страданий. Они ещё немного понегодовали. Но осознание того, что всё не так трагично со стороны, как это видится им, принесло облегчение.
Парень, получив на орехи за компанию с отсутствующим обидчиком, расхохотался:
— Зря вы так расстраиваетесь. Пора успокоиться и не думать о случившемся. Все живы и здоровы. Вы в безопасности, наслаждайтесь отдыхом.
По поводу конфликта — я удивлён, если честно. Неплохой парень этот Георгий. Не слышал, чтоб он на кого-то бросался с кулаками. Наоборот всегда против насилия, мирит враждующих. Любит порядок, справедливость. Не понимаю, какая муха его укусила. Странно… Ты уверена, что специально ударил? Может нечаянно вышло? Расспрошу у него позже. Что-то тут не так… Говоришь, что тоже его поранила? Подрались, значит? Битва на берегу? — дурачился Сергей.
— И не старик он, с чего вы взяли, что старый? Темно было, не рассмотрели друг друга? Лет тридцать пять ему или чуть больше. Не злодей, не бандит, нормальный человек. Работает, у него тоже есть собственная гостиница, только в центре. Намного больше нашей, с хорошим доходом. Где-то там же квартира, в которой теперь живёт. И неподалеку от нас родительский дом находится. Его иногда сдаёт на лето постояльцам, — добавил он.
— Знаю, что у него почти вся семья несколько лет назад погибла под обвалом в горах. Отец, брат, ещё какие-то родственники. В машине ехали. Страшная история…
