Молодой человек и сам понимал неуместность этого аксессуара: при виде Вэла он безуспешно попытался спрятать шарик за спину. Затем протянул гостю руку:
– Доктор Ливингстон, я полагаю? – Он говорил как человек образованный, но до смешного высоким голосом.
Растерянному Гирту ничего не оставалось, как ответить на рукопожатие.
– Не знаю, кто вы, – пробормотал он, – а я – Вэл Гирт и ищу человека по имени Альберт Кэмпион.
– Ну и хорошо, – с явным облегчением произнес хозяин, отпуская шарик, который тут же взлетел к потолку. – Как говорится, остерегайтесь подделок. Это я, моя дверь и мой шарик. Входите, пожалуйста, и выпейте чего-нибудь. Вы припозднились, и я уж боялся, что вы не приедете.
Он проводил гостя через узкую прихожую в небольшую, но чрезвычайно уютную гостиную, оригинально отделанную и обставленную. На стенах висели необычные сувениры, а над камином между гравюрой Розенберга и страницей из оригинала «Плясок смерти» располагалась особенно интересная композиция: кастет и портрет некой весьма известной личности из коллекции Скотленд-Ярда с любезным автографом модели, а довершал этот «натюрморт» ключ диковинной формы.
Вэл опустился в предложенное хозяином мягкое кресло. Такое необычное завершение ночных приключений, которые и сами по себе выбивали из колеи, совершенно его ошеломило.
Бледнолицый хозяин сунул ему в руку стакан бренди с содовой, и Вэл покорно принялся пить.
Только теперь мистер Кэмпион заметил, что у гостя на лбу рана. Он мгновенно этим озаботился:
– Значит, в пути пришлось нелегко? Надеюсь, они вели себя не слишком грубо?
Вэл поставил бокал и подался вперед, внимательно глядя на хозяина.
– Послушайте, – начал он, – я понятия не имею, кто вы такой, а сегодняшние события похожи на какую-то фантастичную историю. Посреди Эбери-сквера я нахожу вскрытый конверт с моим именем и из чистого любопытства решаю проверить адрес. В Кларкенуэлле, в закусочной «У Кемпа», меня ждет письмо от вас: два фунта и странное приглашение. Я сажусь в такси, чтобы приехать к вам, а водитель пытается меня похитить. Я кое-как спасаюсь – даже не сильно поранившись, в отличие от таксиста, – и в конце концов добираюсь сюда, а вы, оказывается, в курсе всех моих дел и играетесь с шариком. Не знаю, может, я сошел с ума…
– Простите за шарик, – расстроенно откликнулся мистер Кэмпион. – Я как раз вернулся с концерта в Атенеуме, а тут звонит Лагг и сообщает, что вы едете. А поскольку он не дома, мне самому пришлось вам открывать. Не стоит обижаться. Насчет такси – да, дело скверное. Вы поэтому так поздно?
– Ничего страшного, – вместо ответа произнес Вэл все еще недовольно. – Но теперь я жду объяснений, и вы обязаны мне их дать.
Тут мистер Кэмпион отступил чуть в сторону, так чтобы свет настольной лампы падал на лицо гостя. Затем, прокашлявшись, он заговорил очень взвешенно, совсем не так, как раньше:
– Вижу, вы выбрали длинный путь, мистер Гирт.
Вэл удивленно поднял глаза. Сегодня уже второй раз он слышал эту простую фразу, и опять в ней ощущался какой-то подтекст. Он непонимающе смотрел на хозяина, но на бледном лице Кэмпиона не отражалось ничего, а глаза его были скрыты за стеклами очков. Он стоял неподвижно и явно ждал ответной реакции, и тут гость понял: этот омут слишком глубок, чтобы в него нырять.
Вэл поднялся.
– Человек в закусочной говорил то же самое, – заметил он. – Не знаю, о чем речь, хотя, конечно, смысл в этих словах должен быть. Какого ответа вы ждете от меня?
Мистера Кэмпиона словно подменили.
– Садитесь-садитесь, – засуетился он, прямо-таки излучая любезность и обаяние. – Я должен извиниться. Понимаете, вами интересуюсь не только я. И мне следует объяснить вам свой интерес. Но если бы конкурирующая фирма добралась до вас раньше…
– Да?
– Вы бы поняли насчет «длинного пути». Впрочем, теперь мы можем поговорить, и я, допустим, вам все расскажу… Или лучше сначала обработаем рану?
Вэл заколебался, и хозяин взял его за руку.
– Немножко теплой воды и корпии из моей аптечки сотрудника Красного креста – и все будет в порядке. Человек не в состоянии оценить интересную историю, если ему мешает запекшаяся кровь. Идемте.
Через десять минут первая помощь была оказана, и они вернулись в комнату. Мистер Кэмпион вновь наполнил стакан гостя.
– Прежде всего, – сказал он, – вам следует ознакомиться с этой страницей из «Светской хроники» за прошлую неделю. Она отчасти касается вас.
Он пересек комнату, выдвинул ящик старинного бюро и тут же вернулся с экземпляром известного еженедельника. Пролистав страницы, открыл ту, где была большая фотография дамы лет за пятьдесят с глуповатым лицом, одетой в платье псевдосредневекового фасона. В руке она держала чашу весьма примечательного вида. Искусному фотографу удалось сфокусировать все внимание на этом чудесном произведении искусства и отвлечь зрителя от несовершенства модели.
Чаша была массивная, высотой примерно восемнадцать дюймов, верхняя часть – из золота, а основание украшено драгоценными камнями. Под фотографией помещалось несколько строк текста.
