Специалисты кредитного управления банка «Российский кредит», к которым мы обратились за консультацией, объяснили нам, что ни один банк не даст крупный кредит, а тем более на длительный срок, не получив от заемщика надежного обеспечения в виде недвижимости, ценных бумаг, гарантии государства и т. п. Иными словами, получить долгосрочный кредит без серьезного обеспечения невозможно.
В итоге выяснилось, что 29 февраля 1996 года Столичный банк сбережений в лице его главы Смоленского А. П. и возглавляемый Чубайсом А. Б. Центр защиты частной собственности (обозначенный как фонд «Гражданское согласие») заключили кредитный договор № 739-К. Сумма кредита — 14 млрд. 454 млн. рублей. Срок возврата кредита — 2001 год. Цель кредита — «развитие гражданского общества». В графе «обеспечение» — прочерк. Деньги перечислялись из СБС тремя переводами: 1, 15 и 30 марта. Проценты по кредиту — «без процентов».
Однако получение кредита стало лишь первым этапом «развития гражданского общества». Поскольку, по российскому законодательству, фонд не имел права передавать деньги напрямую «Монтес Аури» для игры на рынке ГКО, была осуществлена нехитрая комбинация. Деньги в обмен на векселя перечисляются фирме «Тэфко». А векселя в тот же день, по договору доверительного управления от 25.03.96 за № 006/ДУ, передаются в «Монтес Аури». Стоит ли говорить о том, что «Тэфко» — это дочерняя структура «Монтес Аури», а в число учредителей последней входил заместитель Чубайса Аркадий Евстафьев.
И еще один нюанс. Наибольшая доходность по операциям с ГКО (до 1000 процентов годовых) пришлась на период предвыборной президентской кампании. Колебания котировок во многом зависели от информации из предвыборного штаба Ельцина. Остается напомнить, что штаб этот возглавлял не кто иной, как А. Б. Чубайс, чьи личные доходы в то время напрямую были связаны с рынком ГКО. Кстати, руководство «Монтес Аури» и не скрывает, что в то время они были самыми удачливыми спекулянтами на рынке государственных ценных бумаг.
В результате всего этого на личные счета Чубайса, его пресс-секретаря Андрея Трапезникова и Евстафьева на вполне законных основаниях поступали сотни миллионов рублей, что и подтвердил заместитель начальника следственного управления Генпрокуратуры РФ Георгий Чуглазов в интервью журналу «Огонек», появившемся сразу же после прекращения «дела о коробке с долларами». Кстати, в постановлении о прекращении уголовного дела Чуглазов написал, что всевозможные «фонды», — это не что иное, как специально созданные «кормушки», «черные дыры» российского бюджета, которые нужно позакрывать.
Наша собственная попытка получить беспроцентный кредит для развития гражданского общества в Центральном отделении СБС на Большой Полянке вызвала у сотрудников банка истерический хохот, покидая офис банка, мы вдруг осознали ту пропасть, которая лежит между рядовыми членами гражданского общества и его лидером.
Анатолий Чубайс — один из тех людей, от предложения о сотрудничестве с которыми вряд ли откажется здравомыслящий российский банкир. Влияние Чубайса никогда на ограничивалось кремлевскими стенами, его имя, по сути, является пропуском в международные финансовые организации. К примеру, Российский центр приватизации, который курировал Анатолий Борисович, получил от международных финансовых кругов, по данным вашингтонского журнала «Демократизация», более ста миллионов долларов только на организационные мероприятия.
Но кредит, по определению, не бывает беспроцентным. «Кредит — движение ссудного капитала, то есть временно свободных денежных средств, предоставляемых капиталистами на время друг другу за определенное вознаграждение (в форме процента)…» («Словарь иностранных слов», Москва, «Русский язык», 1980 г., стр. 265). Не случайно все наши попытки получить комментарии западных банкиров по поводу этой сделки вызывали недоумение или же смех, как и у их российских коллег из СБС.
Смех прекращался на той самой минуте, когда мы говорили, что беспроцентный кредит выдал Столичный банк сбережений, а его фактический получатель — нынешний министр финансов России Анатолий Чубайс.
Например, сотрудник Ассоциации германских банков д-р Хюфнер, с которым мы беседовали, признался, что впервые в жизни слышит о беспроцентных кредитах, хотя, если банк не дорожит своей репутацией, он волен делать с деньгами все что угодно.
Банкир Александр Смоленский своей репутацией, бесспорно, дорожит. СБС участвует в трех программах Европейского банка реконструкции и развития и в двух — Всемирного банка реконструкции и развития.
Западные банкиры тоже дорожат своей репутацией, поэтому когда мы встретились с представителем ЕБРР в России г-ном Лу Наумовски, тот заверил нас, что банк очень тщательно отбирает своих российских партнеров. ЕБРР следит не только за судьбой денег, которые он доверяет российскому партнеру, но и за имиджем самого банка. Посчитав объяснения г-на Наумовски недостаточно убедительными, мы связались с лондонской штаб-квартирой ЕБРР.
