А. К.: Если бы я не надеялся его выиграть, то я бы не подавал в суд. Когда будет рассматривать, решит суд. Но, как правило, такие дела рассматривают в течение нескольких месяцев. С судьей я не беседовал, беседовал мой представитель. Я написал письмо судье. В письме этом было основное содержание моих вопросов к ответчику. Кстати, ответчиком является не только президент, но и Чубайс, потому что то служебное распоряжение, которое подписали в отношении меня в выходной день перед самой операцией президента, было распространено по команде Чубайса по всем субъектам Федерации, во все средства массовой информации.
«СКАНДАЛЫ»: Что вы можете сказать о войне компроматов?
А. К.: Пять месяцев на меня уже роет Чубайс. И по команде Чубайса кто только не роет. Но никак не нароют. На все вопросы прокуратуры я ответил. Я был в прокуратуре трижды по разным делам. Вот сейчас иду четвертый раз. Костыли отброшу и пойду.
«СКАНДАЛЫ»: Сейчас служба безопасности президента, которая работала до недавнего времени под вашим руководством, обвиняется во многих тяжких грехах — например, в незаконном прослушивании.
А. К.: Сначала скажу, что сейчас службы безопасности президента нет. Существует просто подразделение личной охраны. Я могу сказать вам совершенно ответственно, что, когда я руководил службой безопасности президента, никогда ни в своих действиях, ни в указаниях подчиненным я не нарушал закон, не отступал от указаний президента. Если бы нарушал, я был бы уже давно в другом месте.
«СКАНДАЛЫ»: То есть если и велась какая-то оперативная работа, то…
А. К.: Она была в рамках законности.
«СКАНДАЛЫ»: Если Генеральная прокуратура в результате расследования придет к выводу, что были крупномасштабные финансовые нарушения в ходе предвыборной кампании, на ваш взгляд, к чему это должно привести?
А. К.: Я не думаю, что Генеральной прокуратуре дадут довести дело до конца. Как ей не дают другие дела доводить.
«СКАНДАЛЫ»: Скажите, для чего служба безопасности проводила эту операцию с задержанием 538 тысяч долларов в Белом доме?
А. К.: Когда все это произошло, я дал указание ничего не афишировать. Наше дело было задержать, установить сам факт, допросить задержанных, естественно, их отпустить и доложить президенту. Что мы и сделали. Но те люди, которые сидели в «ЛогоВАЗе», те же самые Чубайс, Березовский, все та же компания, видимо, сидела и тряслась, боясь, что Коржаков и Барсуков их арестуют. Из-за этого были эти ночные телепередачи, выдумали очередной ГКЧП, разбудили Лебедя… В 8 утра мы с Барсуковым были на докладе у президента. 40 минут докладывали с документами. Он докладом был удовлетворен. Единственное что спросил: зачем же такой шум поднялся? Мы сказали, что шум поднимали не мы. Но потом все перевернули с ног на голову. А сейчас мы видим последствия того скандала…
«СКАНДАЛЫ»: Когда появится ваша книжка?
А. К.: Думаю, что в 1997 году.
«СКАНДАЛЫ»: Для чего вы ее пишете?
А. К.: Чтобы люди читали. Когда я занимался 24 часа в сутки охраной президента, мне некогда было писать книжки. А сейчас я 5 месяцев бездельничаю, вот от безделья я и пишу книжку.
Мне не стыдно за работу в службе безопасности президента. Я ее честно выполнял, и ко мне люди шли. Я работал добросовестно и хорошо, и сейчас кадры сохранились. Совсем недавно было трехлетие службы. Ее практически 5 месяцев не существует, а все в Кремле праздновали это трехлетие. И ко мне приходили и звонили. Целый день телефон не умолкал…
14 октября 1996 г. в гостинице «Рэдиссон-Славянская» в том же зале, где сорвал аншлаг генерал Коржаков, провел свою пресс-конференцию вернувшийся из Швейцарии экс-президент НФС Борис Федоров.
Федоров взобрался на трибуну, тяжело опираясь на трость, и сказал, что после покушения никак не может прийти в себя и скоро опять ляжет в больницу. А в Москве он хотел бы выяснить, куда девались деньги Национального фонда спорта, который еще пять месяцев назад процветал. Заявление полковника Стрелецкого, сменившего Федорова в НФС, о том, что фонд в финансовом плане — дыра, для экс-президента оказалось сенсацией.
Федоров сомневается, что у Коржакова есть компромат на противников — все это, дескать, раздуто. Сбором компромата занимался Стрелецкий, а это «человек бессмысленный и бесталанный». К Лебедю генерал пристал, потому что привык к сильному хозяину. А зачем самому Лебедю после больших политических успехов нужен генерал — для Федорова загадка. Вообще Федорову жалко Коржакова, как выброшенную на берег рыбу.
