— Троюродного брата по линии матери. Довольно дальний родственник, однако само по себе это не могло вызвать к ней недоверия. По словам секретарши, дежурившей в приемной, она, возможно, даже была подшофе. При ней имелась еще «фирменная» сумочка — столь грубая подделка, что секретарша не пошла бы с такой и в лес. Посетительница произвела на нее впечатление милой, но простоватой женщины.
— Она хотела узнать еще чье-то имя, — вставил слово Мак-Эллистер.
— Если ей это удалось, то почему она не пожелала тут же встретиться с этим человеком? Не в ее положении терять время понапрасну.
— Наверное, она решила, что мы оповестили о розыске все соответствующие учреждения, и боялась задерживаться в этом офисе, чтобы не быть узнанной.
— Не думаю, Эдвард, чтобы она действовала исключительно из этих соображений. После всех передряг, через которые ей пришлось пройти, и с ее немалым жизненным опытом она могла бы кого угодно обвести вокруг пальца.
— То-то и оно, что и жизненный опыт, и то немногое, что она знает об этом деле, Лин, подскажут ей, что она ни в чем не может быть уверена. Она должна действовать крайне осторожно, избегая малейшей оплошности. Ей известно — ее муж где-то здесь, и, верьте мне на слово — мне довелось их видеть вместе, — она ни за что не даст его в обиду. Видит Бог, она похитила свыше пяти миллионов долларов только потому, что решила, — и в общем-то вполне справедливо, — что его обманули свои же. В ее понимании он эти деньги отработал, а если точнее, оба они заслужили их. Вашингтон же может катиться ко всем чертям!
— Она действительно похитила эти деньги?
— Хевиленд объяснит вам все поподробнее. Я же скажу только, что так оно и было. А потом она смылась со всей этой суммой. Но кто посмел бы тогда что сказать? Ведь эта бестия и Вашингтон заставила плясать под свою дудку. Разыграла комедию, будто так уж их запугали, бедных, несчастных людей, что дальше ехать некуда.
— Чем больше я о ней узнаю, тем большую симпатию вызывает она у меня.
— Симпатизируйте ей сколько хотите, только прежде найдите ее.
— А что же посол, где он?
— У него обед с верховным комиссаром Канады.
— Он собирается рассказать ему обо всем?
— Нет, просто попросит его сразу же, не откладывая дела в долгий ящик, позвонить из своего кабинета в Лондон. Ну, а уж там сумеют убедить этого канадца делать все, что ни скажет ему Хевиленд. Все уже заранее обговорено.
— Не мытьем, так катаньем, но своего он всегда добьется, не так ли?
— Что верно, то верно. Он единственный в своем роде. Вот-вот должен быть здесь. Запаздывает почему-то, хотя и ненамного. — Внезапно зазвонил телефон. Мак-Эллистер снял трубку: — Да?.. Нет, его здесь нет… Кто?.. Да-да, конечно, я поговорю с ним. — Государственный советник, прикрыв ладонью микрофон, шепнул майору: — Это наш генеральный консул.
— Что-то, по-видимому, стряслось, — протянул Лин, в волнении вставая с кресла.
— Да, мистер Льюис, это Мак-Эллистер. Не сомневаюсь, сэр, мы все отлично понимаем. Консульство всегда помогает нам всем, чем может.
В этот момент дверь распахнулась, и в кабинет вошел Хевиленд.
— На проводе генеральный консул США, господин посол, — пояснил Лин. — Полагаю, он спрашивал вас.
— Сейчас не время бегать к нему на званые обеды!
— Минуточку, мистер Льюис, господин посол только что прибыл… Не сомневаюсь, что вы хотите с ним поговорить. — Мак-Эллистер протянул трубку Хевиленду, который быстренько подошел к столу.
— Да, Джонатан, в чем дело? — Долговязая поджарая фигура посла выпрямилась. Глядя куда-то в сад, раскинувшийся за огромным окном, он молча слушал генерального консула, а затем произнес: — Благодарю, Джонатан, ты сделал все как надо. Никому ни о чем не говори, я сам заберу это отсюда. — Хевиленд положил трубку и взглянул поочередно на Мак-Эллистера и Вензу. — Удача, если только это и впрямь удача, поджидала нас вовсе не там, где мы рассчитывали на нее, а совсем в другом месте: не в канадском, а в американском консульстве.
— Тут что-то не так, — усомнился Мак-Эллистер. — При чем тогда Париж, улица с ее любимыми деревьями, клены и кленовые листья? Подразумевалось же канадское консульство, а не американское.
— И что же, исходя из этого, нам следует теперь игнорировать очевидные факты?
— Конечно нет! Но что же все-таки произошло?
— Нашего атташе по фамилии Нельсон остановила на Гарден-роуд какая-то канадка, пытающаяся отыскать своего мужа-американца. Нельсон обещал ей помочь, предложил сходить с ней в полицию, но она наотрез отказалась, как и зайти к нему в его кабинет.
— Она хоть как-то объяснила подобное поведение? — поинтересовался Лин. — Обратилась за помощью и сама же потом отвергла ее.
— Это так типично для нее! Нельсон запомнил, что она была высокого роста и сильно нервничала. Представившись как Мари Уэбб, она спросила, не разыскивал ли ее муж через консульство. И сказала, что непременно ему позвонит: а вдруг он сможет разузнать что-нибудь для нее.
