«Сыграй роль, которую они предложили тебе в задуманном ими спектакле», — советовал Александр Конклин.
— А кто задумал его? — спрашивал Дэвид Уэбб.
— Ты зря теряешь время! — говорил Джейсон Борн. — Разыщи самозванца! И схвати его!
Кто-то тихо вошел в прихожую. Джейсон, отпрянув бесшумно от окна, вжался спиной в стену. Пистолет был выставлен вперед. Борн заранее рассчитал, что дверь, открывшись, прикроет его. В замочную скважину осторожно вставили ключ. Затем дверь начала медленно открываться.
Подождав немного, Борн резко толкнул ее в обратную сторону и, выскочив из укрытия, крепко обхватил таинственную личность руками. Затем втолкнул противника в глубь комнаты, захлопнул ногой дверь и приставил пистолет к голове своего пленника. Тот, не ожидая такого приема, уронил сумку и огромный сверток. Это был д’Анжу.
— Вот он, один из способов проветрить твою голову, Эхо!
— Sacré bleu![109] Запомни, я не собираюсь больше сносить подобных штучек!.. Посмотрел бы на себя в зеркало, Дельта! Ты выглядишь так же плохо, как тогда в Тамкуане, когда мы обходились без сна по нескольку дней. Думаю, тебе неплохо было бы и отдохнуть.
Память Джейсона озарилась на миг короткой вспышкой.
— В Тамкуане ты сказал мне еще, что я должен поспать, не так ли? Мы затаились в кустах, ты выставил вокруг меня заслон и, выругавшись, приказал мне улечься спать.
— Я исходил из наших общих интересов: мы не смогли бы без тебя выбраться оттуда.
— Ты говорил мне о чем-то тогда. Но о чем — я не помню. И я послушался тебя.
— Я объяснил, что сон имеет такое же значение, как и изобретенное человеком оружие — что холодное, что огнестрельное.
— Я не раз впоследствии вспоминал эти слова, ставшие для меня аксиомой. И старался всегда следовать твоему совету.
— Я рад, что у тебя хватает ума слушать старших. Но, может, ты все же уберешь от меня эту чертову пушку?
— Ох, прости!
— У нас совсем нет времени, — произнес д’Анжу и, подняв с пола сверток, сорвал с него коричневую оберточную бумагу. Борн увидел одежду цвета хаки, две кобуры вместе с поясом и пару фуражек. Бросая все это на стул, француз пояснил: — Это униформа. В кармане у меня и удостоверения личности. Боюсь, я переплюнул тебя, Дельта: годы дают и кое-какие преимущества.
— В этом же ходит полиция в Гонконге!
— В Коулуне, если уж быть точным. У нас есть шанс, Дельта! Потому-то я и не возвращался так долго. Ты же знаешь, система безопасности в аэропорту Кай-Так просто бесподобна. Это-то и нужно самозванцу, чтобы показать, что он лучше, чем был когда-то ты! Конечно, я могу и ошибаться, хотя предложи мне кто пари, я не побоялся бы сделать ставкой свою жизнь. По моему мнению, это — классический пример вызова, бросаемого обществу одержимым идеей маньяком. «Соберите свои силы, а я их разобью!» — вот его девиз. Совершив подобное убийство, мой «воспитанник» вновь воссоздает легенду о том, что его невозможно победить! Это он, я уверен в этом!
— Начни-ка все сначала! — потребовал Борн.
— Хорошо. Но сперва нам надо одеться, — сказал француз, снимая рубашку и расстегивая брюки. — Поторопись! Нас ждет Катер с двигателем в четыреста лошадиных сил. Мы можем быть в Коулуне через сорок пять минут. Бери, это твое! Mon Dieu, я с трудом сдерживаюсь, чтобы воем не взвыть, как только подумаю о том, сколько денег потрачено на все это добро!
— А ты забыл о пограничниках КНР? — спросил Джейсон, переодеваясь в униформу. — Они расстреляют нас прямо в море!
— Идиот! Вполне определенные суда переговариваются между собой по радио шифром. Кроме того, кое у кого мы пользуемся неплохой репутацией. Как, думаешь ты, удается нам провозить свой товар? И как вообще ухитряемся мы выжить тут? Мы встречаемся со своими торговыми контрагентами в тихих заливчиках на китайских островах Те-Са-Вей, и сделка по принципу «товар — деньги» осуществлена… Давай поживее! Торопись!
— Но что там с аэропортом? Почему ты так уверен, что это он?
— Задумано убийство губернатора.
— Что?! — поразился Борн.
— Я шел с твоей сумкой из «Пенинсулы» к парому «Стар». Он недалеко от отеля, переправиться же на нем на ту сторону намного быстрее, чем гнать на такси через туннель. Когда я проходил мимо отделения коулунской полиции на Солсбери-роуд, то увидел семь патрульных машин. Они неслись с включенными сиренами одна за другой, потом все дружно повернули налево, то есть в сторону, противоположную порту. Мне все это показалось странным. Две-три машины, когда случается какое-то происшествие, — это еще куда ни шло, но чтобы сразу семь — такого еще не бывало. В общем, как здесь говорят, загадка без разгадки. Я связался со своим человеком в том отделении, о котором я только что упомянул, и он был со мной вполне откровенен.
Сказал, что если бы я задержался там подольше, то увидел бы еще десять легковых машин и двадцать фургонов: все они отправятся в Кай-Так в течение ближайших двух часов. А то, что я уже видел, — это лишь передовая группа, в состав которой вошли детективы. Тайные осведомители из уголовного мира известили полицию о готовящемся покушении на жизнь губернатора.
