— И думать не смей о том, чтобы кинуться в бой без моей команды, — произнес ветеран «Медузы». — Пристрелю тут же, как только шевельнешься. Ты меня знаешь, медлить не стану. Ты сделаешь так, как я сказал, и сделаешь это на свой страх и риск. Перекинь вторую ногу через стену и приготовься прыгнуть по моему сигналу. Но не раньше. — Борн поднес микрофон к губам и щелкнул выключателем. Когда он заговорил, слова, усиленные громкоговорителем, гулким эхом прокатились по усадьбе. Громовые раскаты резонируемого аппаратом голоса звучали особо зловеще из-за ровной, спокойной интонации. — Слушайте меня, морские пехотинцы! Спрячьтесь в укрытие и ни во что не вмешивайтесь! Вы не имеете ни малейшего отношения к тому, что здесь происходит. Не стоит губить себя зря из-за тех людей, что привели вас сюда. Ведь речь не идет о защите закона, территории или чести нации. Вас затащили в это место с одной-единственной целью — защитить убийц. Вся разница между вами и мной заключается только в том, что они, использовав меня так же, как и вас, хотят теперь разделаться со мною, поскольку мне стало известно, что содеяно ими. Не надо умирать за этих людей: они не стоят того. Я обещаю, что не открою первым по вас огонь, но если вы все же начнете пальбу, то у меня не останется выбора. Со мной еще один человек, который тоже не имеет ничего против вас…
Загремели выстрелы. Солдаты били наугад, рассчитывая поразить в конце концов невидимого в темноте оратора, вещавшего со стены. Дельта был готов к этому. Некая безликая, анонимная особа, наделенная широкими полномочиями, отдала приказ, и его послушно выполняют. Борн достал из рюкзака портативное, длиной всего в пятнадцать дюймов метательное устройство с баллоном слезоточивого газа. Снаряд мог разбить толстое стекло с расстояния в пятьдесят ярдов. Прицелившись, Дельта нажал на спусковой крючок. Окно в ста футах от стены разбилось вдребезги, по комнате поплыло облако газа. Борн видел, как в помещении мечутся люди. Лампы и люстры были выключены, зато вместо них зажглось поразительное множество прожекторов и светильников, установленных на крыше особняка и в ветвях окружавших здание деревьев. Все вокруг залил ослепительно яркий белый свет. Раскидистая ива, укрывшая их на время, несомненно, притянет вскоре к себе как магнит взоры неприятеля и станет отличной мишенью для вражеских стрелков. Дельта понял, что его призыв к миру остался без ответа и ему не отменить боевых приказов. Он обратился к солдатам с личным воззванием, чтобы по-честному предостеречь их от бессмысленных поступков и успокоить в случае чего остававшуюся еще в прямолинейно думающем и чувствующем роботе-мстителе совесть. В глубинах его подсознания давало знать о себе нежелание лишать жизни юношей, которым предписано служить параноидальным идеям облаченных властью субъектов. В далеком прошлом Дельта много насмотрелся в Сайгоне. Он жаждал крови только тех особ, что укрылись в засекреченном доме, и им не уйти от него. Джейсон Борн не отступит, добьется своего. Они все отняли у него, и теперь он сведет с ними счеты. Бойцу из «Медузы» было ясно: силы он черпал только в собственной ярости, без которой угасла бы его жизнь.
— Давай! — прошептал Дельта, перекидывая через стену правую ногу и сталкивая убийцу вниз, и, пока тот находился в «свободном полете», прыгнул и сам. Коснувшись земли, Борн тут же схватил за плечи коммандос, который, еще не придя в себя после падения, держался руками, за колени. Как только самозванец выпрямился, Джейсон затащил его в укромное местечко — в решетчатую беседку, оплетенную ветвями роскошной бугенвиллеи высотой футов в шесть.
— Вот твое оружие, майор, — произнес настоящий Джейсон Борн, протягивая лже-Борну пистолет. — Но ты по-прежнему будешь находиться у меня под прицелом, не забывай об этом.
Убийца выхватил из рук Дельты оружие и, сняв повязку со рта, закашлялся, разбрызгивая слюну. Вновь загремели выстрелы. Пули срезали листья и ветки деревьев, произраставших вдоль каменной ограды.
— Твое небольшое выступление не принесло желательных результатов, не так ли?
— Говоря откровенно, я и не ожидал иного. Дело в том, что им нужен ты, а не я. Меня теперь надлежит пустить в расход. Так было задумано с самого начала. Доставив тебя сюда, я тем самым подписал себе смертный приговор. Мою жену уже убили: она не могла не знать, кто они, поскольку служила им приманкой, на которую эти люди рассчитывали изловить меня. Меня же должны уничтожить потому, что, как стало известно им, я выявил связи между некоторыми видными в Пекине фигурами. Угроза кровавой бани заставила этих людей обратить на тебя особое внимание, майор. Мегатонная бомба может снести с лика земли весь Дальний Восток и снесет непременно, если здравые головы на Тайване не вычислят и не уничтожат сумасшедших твоих клиентов. Больше я не стану барахтаться в этой грязи. Сами играйте в ваши проклятые игры и взлетайте на воздух, если угодно. Я же хочу лишь одного — проникнуть в этот дом.
