В четырех футах от ворот Дельта схватил коммандос за воротник и, держа дуло пистолета у виска пленника, отодвинул его в сторону. Затем бывший боец из отряда «Медуза» вынул из кармана пластиковый пакет и, протянув руку, прижал взрывное устройство липкой стороной к стене, как можно ближе к воротам. Крохотный таймер был установлен на семь минут: эту цифру Джейсон выбрал на счастье, и, кроме того, данного времени вполне хватило бы на то, чтобы убраться им с самозванцем на несколько сотен футов от опасной зоны.
— Уходим! — произнес Борн чуть слышно.
Обогнув угол, они двинулись вдоль каменной кладки. В лунном свете был виден верхний край стены.
— Стоп! — приказал Дельта и, запустив руку в рюкзак, висевший, как патронташ, у него на груди, извлек оттуда небольшую прямоугольную черную коробочку с идущим от нее сорокафутовым тонким проводом в черной же пластиковой оболочке. Это был питаемый батареями громкоговоритель. Дельта установил его на верху стены и нажал выключатель на задней крышке. Загорелся красный свет. Размотав провод, Дельта приказал убийце идти вперед.
— Осталось пройти еще двадцать — тридцать футов, — сообщил он.
Вступив под надежно скрывавший их от постороннего взора свод, образованный перекинувшимися через стену ветвями ивы, Борн прошептал жестко:
— Здесь! — И, схватив коммандос за плечо, остановил его. Потом, вынув из рюкзака кусачки, подтолкнул убийцу к стене. Противники обменялись взглядами. — Сейчас я освобожу тебе руки, но это не значит, что волен ты делать все, что вздумается. Понимаешь, о чем это я? — Коммандос кивнул утвердительно. Держа пистолет у головы самозванца, Дельта обрезал веревки, стягивавшие запястья и локти пленника, после чего подставил ему согнутую в колене правую ногу и протянул щипцы. — Встань на мою ногу и срежь проволоку там, наверху. Ты сделаешь это, если чуть подскочишь и хватишься за стену рукой. И не вздумай что-либо выкинуть. Помни, пистолета еще у тебя нет, зато у меня в руке — надежное оружие, и, если ты попытаешься перелезть через ограду, я не стану с тобой церемониться.
Коммандос в точности выполнил приказ: подпрыгнув невысоко, он ловко просунул левую руку между проволочной сеткой и каменной кладкой и ухватился за противоположный край стены. Самозванец резал проволоку совершенно бесшумно: чтобы приглушить звук при ослаблении натяжения металлической сетки, он просовывал кусачки в ячейку и, поддерживая ими сетку, постепенно отпускал обрезанные концы. Наконец над стеной образовалось свободное пространство шириной пять футов.
— Полезай туда! — скомандовал Дельта.
Убийца, выполняя приказ, перебросил левую ногу через стену. Борн подпрыгнул, схватил его за брюки и, подтянувшись, тоже перекинул через ограду левую ногу. Теперь они оба сидели на стене.
— Отличная работа, майор Эллкот-Прайс! — сказал Джейсон, держа в одной руке маленький круглый микрофон, а в другой — оружие, по-прежнему нацеленное в голову самозванца. — Теперь уже недолго до начала боевых действий. Я бы на твоем месте провел рекогносцировку на местности.
Водитель, подгоняемый то и дело Конклином, вел свое такси по дороге, вившейся по склону пика Виктория, на предельной скорости. В стороне от шоссе показалась потрепанная машина, которая явно была здесь не к месту. Алекс сглотнул в тревоге при виде ее. Почему она здесь? Уж не произошла ли авария?
— Туда, к тому дому! — крикнул сотрудник ЦРУ. — Скорее, ради Бога! Поворачивай прямо к…
Но договорить он не смог. От раздавшегося впереди мощного взрыва содрогнулись и дорога и ночь. Во все стороны посыпались огненные брызги и камни. Обрушилась часть стены, и вслед за тем, медленно накреняясь, упали массивные металлические ворота.
— Боже мой, я был прав! — произнес про себя Александр Конклин. — Дельта вернулся. Он хочет умереть. И, значит, умрет.
— Не теперь! — крикнул Джейсон Борн самозванцу, наблюдая, как рухнула стена, возвышавшаяся за ухоженным цветником с лилиями и розами, и добавил спокойно, держа в свободной руке маленький круглый микрофон: — Я скажу тебе, когда прыгать.
Убийца, в коем ожили первобытные инстинкты, заворчал недовольно. Его стремление убивать было столь же велико, как и стремление выжить. Впрочем, то и другое было взаимосвязано. Он был на грани помешательства, и только направленный на него ствол пистолета Дельты удерживал его от опрометчивого шага. Он все же был человеком и как таковой понимал, что лучше попытаться остаться в живых, чем погибнуть по собственной глупости. Но когда он сможет броситься вперед? Когда? Эллкот-Прайс дернул нервно головой. Его нижняя губа затряслась, как только услышал он визг и вопли носившихся в панике по саду людей. И даже при слабых неровных отблесках отдаленного пламени было видно, как дрожат у него руки.
