Войдя в телефонную будку в шумном торговом пассаже на Натан-роуд, Дэвид набрал номер и, прижав трубку к левому уху, правое заткнул указательным пальцем, чтобы получше слышать.
— Вэй?[47] — отозвался мужской голос.
— Это Борн, и я буду говорить по-английски. Где моя жена?
— Водэ тянь а![48] Рассказывают, что вы говорите на многих диалектах нашего языка.
— Говорил когда-то, но это было давно, а я хочу, чтобы мы правильно понимали друг друга. Я спросил тебя о моей жене, отвечай же!
— Это Лян дал вам этот номер?
— У него не было выбора.
— Он — мертвец.
— Мне все равно, что ты там сделаешь с ним, но на твоем месте я бы подумал как следует, прежде чем убивать его.
— Почему? Он ничтожный червь.
— Но ты же сам выбрал себе в помощники такого набитого дурака и, хуже того, настоящего психа. Он слишком много везде болтает. Оператор на коммутаторе сказал мне, что он звонил мне через каждые пять минут…
— Вам? Звонил?
— Да. Я прилетел этим утром. Где же моя жена?
— Лян обманул нас!
— Неужели ты надеялся, что я остановлюсь в предназначавшемся для меня номере люкс? Если да, то ты просчитался. Я заставил Ляна перевести меня в другой номер. Нас видели в отеле вдвоем. Видели, как мы разговаривали, — спорили, точнее. За нами могли наблюдать с полдюжины клерков. Если ты убьешь его, это вызовет больше слухов, чем нам обоим хотелось бы. Полиция будет разыскивать богатого американца, который куда-то исчез.
— Этот Лян и так испачкал себе штаны, — молвил китаец. — Может быть, этого и достаточно?
— Совершенно верно. Итак, где же моя жена?
— У меня нет соответствующей информации.
— Тогда дай мне того, у кого она есть. Сейчас же!
— Обещаю, вы встретитесь с теми, кто лучше осведомлен, чем я.
— Когда?
— Об этом мы известим вас чуть позже. В каком вы номере?
— Я сам позвоню тебе. В твоем распоряжении пятнадцать минут.
— Вы мне приказываете?
— А почему бы и нет? Пойми, я знаю, где ты находишься, за каким окном, в каком офисе: ты засветился со своей винтовкой. Тебе надо было бы зачернить ствол: известно ведь, что металл отражает солнечный свет. Через тридцать секунд я буду в сотне футов от твоей двери, но ты не будешь знать, где я. Отойти же от телефона ты не можешь.
— Я вам не верю!
— А ты проверь! Ты вот меня не видишь, а я тебя вижу. Помни, в твоем распоряжении пятнадцать минут, и я хочу, когда снова тебе позвоню, поговорить с моей женой.
— Ее здесь нет!
— Если бы я думал, что она здесь, ты бы был уже мертв, а твоя голова, отделенная от твоего тела, была бы выброшена из окна в мусорный ящик. Если ты думаешь, что я преувеличиваю, наведи обо мне справки. Спроси людей, которые имели со мной дело. Спроси своего тайпана, Яо Мина, которого, правда, не существует как такового.
— Но я не могу сделать так, чтобы ваша жена появилась тут вдруг, Джейсон Борн! — закричал в испуге наемник.
— Добудь мне номер, по которому я мог бы с ней связаться. Или я услышу ее голос, — когда она станет говорить со мной, — или тебе конец. Представь себе только обезглавленный труп да черный платочек, накинутый на твою кровоточащую шею. Итак, у тебя — пятнадцать минут!
Дэвид повесил трубку и вытер пот с лица. Он сделал то, что должен был сделать! Мысли его и слова были заимствованы у Джейсона Борна. Вернувшись в далекое прошлое, которое он помнил довольно смутно, Уэбб чувствовал инстинктивно, как поступить в конкретной обстановке, что сказать и чем и кого устрашить. Возможно, столь резкая метаморфоза, которую он претерпел, обусловливалась иррациональными факторами из внешнего по отношению к нему мира, никак не укладывавшимися в его голове. Но не исключалось и то, что в Дэвиде самом таилась некая реальная субстанция, решившая заявить о себе громогласно, убеждая его положиться на сидевшего где-то внутри него человека.
Выйдя из пассажа, где, как всегда, толпился народ, Уэбб повернул направо и вновь угодил в толчею — на сей раз уже на улице.
Золотая Миля Тим-Ша-Цуи готовилась к ночным игрищам. Готовился и он, но к иным делам. Теперь уже можно было ему и вернуться в отель. Помощника управляющего там он наверняка не застанет: Лян, скорее всего, уже приобрел билет на летящий на Тайвань самолет, если, конечно, в его истеричных заявлениях была хоть какая-то правда. Чтобы добраться до своего номера, Уэбб воспользуется грузовым лифтом — на тот случай, если вдруг кто-то поджидает его в холле, в чем он, однако, весьма сомневался.
Захламленный кабинетик в торговом центре «Новый мир», размышлял он по дороге, явно на командный пункт никак не тянул, этот же снайпер, стрелявший оттуда, сам ничего не решал, а лишь исполнял приказания. Ну а в данный момент, вне себя от ужаса, он просто дрожал за свою жизнь.
Идя по Натан-роуд, Дэвид ощущал, как дыхание его с каждым шагом становилось все прерывистее, а сердце билось громче. До разговора с Мари оставалось каких-то двенадцать минут. О Боже, как же хотелось Уэббу услышать ее голос! Как же он нуждался в этом. Это было бы именно то, что помогло бы ему при любых обстоятельствах сохранить в полном здравии свой рассудок.
