— Сама из себя колба ничего особенного не представляет, — наморщив лобик, вспоминала Джанна. — Обычная банка с железной крышкой. Трясешь ее, направляешь внутрь небольшой заряд маны, и кидаешь как можно дальше. В месте падения образуется небольшой взрыв, распыляющий жидкость, которая тут же воспламеняется. А Измененные, как правило, хорошо горят.
— И что было дальше?
— Дальше? Алина, моя бедная Алиночка, — всхлипнула зайка. — Девушка была горячая и смелая до безумия. Она самостоятельно исследовала артефакт и нашла, как она тогда сказала, следы магии Хаоса на бутылке.
Ей никто не поверил, ведь не будут же маги Тьмы создавать артефакты для истребления собственных союзников? Тогда лучница обиделась и решила доказать нам, что она права. Ранним утром она ушла на пустырь, чтобы собственноручно активировать бомбу. Буквально через десять минут раздался страшный взрыв, а на нас напали с того направления, где Алина активировала артефакт…
Зайка нервно постучала когтями по столу, напряженно вспоминая подробности произошедшего.
— Ее не нашли, — продолжила Джанна после небольшой паузы. — Только окровавленный шарфик. Спустя годы мы выяснили, что на всех артефактах, которые продавал нам Сабатон, стояла невидимая печать Тьмы, служившая маячком. Мы постоянно были как на ладони для врагов.
И третье. Несмотря на это, мы все еще не могли прижать его. У каждого Рода появились свои проблемы. Мы узнали про Проклятие, участились атаки Измененных. Нам всем стало не до странностей Сабатона. Бывший торговец оброс связями при совете, все обвинения принимал за клевету, а мы… Мы ничего не могли с ним сделать. Только наблюдать, надеясь выцепить и раздавить эту падаль во имя всех погибших во его вине. Но за все годы нам удалось лишь несколько раз заметить его в общении со странными личностями, которые наведывались в его Род. Гости, как правило. Скрывали свой облик, но одной разведчице, ценой своей правой руки удалось раскрыть личность одного из них. Это был один из ученых… — сделала паузу зайка, — ордена Поднебесных воинов!
— Мать твою! — вырвалось у меня. — Эти-то каким боком там вылезли?!
— Мы до сих пор теряемся в догадках, Рич, — ответила Джанна. — До рассказа Йоруичи мы считали их благодетелями, поставляющими идеальных воинов нам на службу. Как видишь, мы ошибались. Их цели, как и сам Сабатон, остались нам неизвестны…
… — «Ты у меня за все ответишь! Я вытрясу из тебя все ответы!» — думал я, закипая от злости. Впереди постепенно вырастал трактир Маргариты. Глядя на освещенные окна гостиницы, я невольно пытался отыскать взглядом то самое, с торговцем внутри, понимая, что он может быть где угодно.
— Девчата! — позвал я. Передо мной тут же выросли две почти неразличимые фигурки. В отличие от наставницы эти предпочитали мешковатую ткань, которая умышленно или не нарочно скрывала прелести девушек. Лица ассасинок также были полускрыты масками и тканью. Оружия я не заметил, но был уверен, что в костюмах у ниндзюшек скрывался целый арсенал. Насчет внешности я ничего не мог сказать, только левая имела ярко выраженные признаки неко: острые ушки и хвост, которые также были замотаны в черную хламиду. К какому виду относилась правая, я пока затруднялся определить.
— Как вас звать-то? — спросил я, даже не надеясь на ответ. Как ни странно, девицы немедленно отозвались.
— Мими Бонни, милорд! — пропела ушастая, кланяясь
— Чучу Дэшли, милорд! — прорычала правая, не сводя с меня пристального взгляда.
— «Прям небо и земля. Похоже, эти двое дополняют друг друга!» — подумал я, а вслух сказал:
— Будьте рядом, сохраняйте максимальную боеготовность. Кто его знает, что собой представляет этот торгаш. Сейчас он на нашей территории, но наверняка припрятал пару сюрпризов в рукаве.
— Так точно, милорд! — одновременно отозвались обе… и исчезли. Просто исчезли. Только что я смотрел на них — и вот их уже нет. Только листики кружатся. Покрутив головой, я подошел к трактиру, из которого доносились веселые крики, и стоял шум какого-то празднования. Открыв дверь, я увидел битком набитый зал с носящимися официантками. Ну, конечно. Мы же победили. Большая часть моей команды лихо отплясывала на столах под восторженные крики болельщиц, в числе которых я заметил даже парней! Меньшая часть лежала под столами в обнимку с фанатами и пустыми бутылками.
Вставлю пару слов о мужском населении Ричарбурга. Напомню, что на Войне удалось уцелеть сравнительно небольшому количеству парней, которые первыми бросались в бой. Также очень много погибло от болезней и проклятий в первые послевоенные годы. Еще немало полегло при защите родных поселений от монстров и Измененных. Таким образом, к моменту моего появления в этом мире, Некотяне находились на грани вымирания. Разумеется, каждое селение безмерно дорожило оставшимися в живых самцами, а как они относились к редким рождениям мальчиков, я вообще молчу.
