Дальнейшие события промелькнули так быстро, что подробно описывать их нет никакого смысла. Команда ассасинов, возглавляемая Хелль и Йоруичи, в считанные минуты добралась на спинах горгулий до бухты, где молниеносно захватила корабль. Оставшиеся пираты не успели ничего понять, как были связаны и закинуты в рыболовную сеть, которую пара летунов тут же доставила в Ричардбург.
Нескольких разбойников, принимавших участие в прошлом нападении, все же пришлось прилюдно казнить, чтобы избежать массовых волнений. Остальных успешно раскидали по различным селениям и лагерям для отбывания трудовой повинности. Честно говоря, парням несказанно повезло, хоть они и сами не понимали своего положения. Но выбора у них не оставалось. Я был уверен, что по истечении срока, здесь останутся даже те, кто оставил семьи на том материке.
Как оказалось, магического дара у монаха не было, потому его определили к остальным. А вот с Гадоффым было не в пример сложнее. Все без исключения требовали его крови, особенно, мое ближайшее окружение. Добившись от них отсрочки, я провел несколько часов, консультируясь с Омником. К исходу второго дня я был готов. По крайней мере, я так полагал…
… - Уважаемые граждане Ричардбурга! Сегодня будет положен конец нашей трагической истории! На этом помосте будет казнен предводитель пиратов, под командованием которого много наших братьев и сестер были уведены в плен на чужую землю! — надрывалась глашатай, стоя на нововозведенных подмостках. Я стоял позади, в который раз прокручивая в голове порядок действий. Толпа некотян торжествующе заревела и тут же стихла. Вели главаря мафии.
Гор фон Гадофф тяжело поднимался на деревянную платформу. Несмотря на то, что его вымыли и привели в порядок перед казнью, он все равно вызывал у остальных невольное отторжение. Мало кто знал, что за час до событий его под плотными присмотром провели по всему Ричардбургу, наглядно показывая город во всей его строящейся красе. Колдун смотрел из-под надвинутого на лоб капюшона расширенными глазами на огромные белокаменные здания, чистоту улиц, улыбающихся местных. Я же шел рядом, наслаждаясь полученным эффектом. Судя по его признанию, подобная роскошь была только в королевском дворе материка хумансов.
Теперь он стоял на коленях перед толпой тех, кого совсем недавно не считал за разумных. Джанна, исполнявшая роль судьи, взмахнула красным платком, и одна из воительниц, шагнула к приговоренному, вытаскивая остро заточенный меч. Толпа затихла, но я самый последний момент я перехватил руку палача.
— Как заместитель Избранного и его близкий друг, я, Джулианос, милую осужденного и заменяю казнь на более мягкое наказание! — прокричал я. Толпа недовольно загудела, но открыто никто не выступил. Все ожидали продолжения.
— Перед уходом ваш Избранный, Ричард, открыл мне некоторые тайны волшебного дара. Я сотру ему память, после чего он станет самым обыкновенным и чистым хумансом!
Толпа вновь недовольно загудела, подаваясь почти к самым помосткам. Я вышел вперед и закричал что было сил, стараясь, чтобы мой голос дошел до самых отдаленных мест:
— Стыдитесь! Мы должны быть выше хумансов! Убивая их, мы не будет отличаться от них! Надо уметь прощать врагов, иначе мы никогда не разорвем этот порочный круг! Также, клянусь, что рано или поздно мы освободим всех наших братьев и сестер из плена, в котором они томятся на чужих берегах!
Что-то хлопнуло, толпа ахнула, отхлынув, но я уже примерно догадывался, что увижу. Так и есть, очередной дух громогласно подтверждающий мою клятву. Дождавшись его эффектного исчезновения, я повернулся к ошарашенному пленнику.
— Не видел еще таких, Гор? — ухмыльнувшись, спросил я, протягивая руки. — То ли еще будет!
Колдун слегка дернулся в сторону, но, осознав всю безуспешность своих попыток, покорился и склонил голову. Дотронувшись до его рано поседевших висков, я мысленно скомандовал:
— «Трансфузия! Замена памяти! Фрагментация жесткого диска и удаление данных! Замена материала!»
Отдавая эти малозначащие фразы, я опять-таки крупно рисковал, так как подсознание могло сыграть со мной злую шутку и вообще растворить Гадоффа. Или стереть ему память до уровня младенца. В общем, я надеялся, что оно определится само.
Но эффект превзошел все мои ожидания. Да и не только мои. Вспыхнул яркий свет, который ослепил даже тех, кто находился в задних рядах зрителей. Тело колдуна приподнялось с сверкающей сфере над помостом, покружилось немного и опустилось обратно. Сияние постепенно погасло, являя нашим жадным взорам фигуру, скрытую хламидой осужденного.
— Мне кажется, или он стал немного меньше? — пробормотал я, не обращаясь ни к кому конкретно. Подскочившая Джанна нетерпеливо сдернула мешковину и, громко ахнув, замерла. Из толпы также понеслись нестройные ахи, охи и возгласы удивления.
— Рич, как это понимать? Что за шуточки?! — тихонько спросила Томоки.
— Сам не пойму, — пробормотал я, глядя на жертву моей безумной магии. — Духами клянусь, я хотел лишь память подтереть. Кто бы мог подумать, что он станет таким… такой…
