– Никогда, – соврал я.
Старик откинулся в кресле, задумавшись. Его глаза озарились, и он быстро кивнул:
– Ну хорошо. Неси печенье, Нелли. У меня есть подходящая история.
На этот раз я попробовал одно печенье. А затем ещё одно. Я решил спросить у Мэгги, знает ли она о печенье. Оно было намного вкуснее хлопьев.
«Морж» прочистил горло.
– В стародавние времена, – начал он, – жил-был король, правивший пятьдесят лет в мире и благополучии…
Король – это что, вожак? Я наклонился вперёд, с интересом ловя каждое слово, но история подходила к концу, а шелки в ней не появлялись. В ней даже не было океана. Мои ноги затряслись. Я скрестил их, чтобы успокоить. В конце концов я поник, подперев подбородок ладонью. Эта история не имела никакого отношения ни к моему народу, ни ко мне. От неё моё сердце даже не забилось учащённо.
Что за историю «морж» отказывается рассказывать?
Мы с Нелли продолжали работать на её дедушку: находили предметы оттенков чёрного цвета, подводных цветов, в крапинку… Однажды вечером мы встретили «моржа», ковыляющего с палкой к магазину. По его словам, колено несильно болело и наш долг был выплачен сполна.
Я поднял голову:
– Это значит, что книга вылечена?
– Вылечена?! Я только отослал её.
Он стал удаляться от нас.
– Я никогда не узнаю продолжение песни, – посетовал я.
Нелли задумчиво посмотрела на меня своими чистыми серыми глазами, а затем мы побежали в лес.
Но моё желание узнать человеческие истории угасало день ото дня. Приближалось второе полнолуние. Все мои мысли были сосредоточены на этом.
Скоро я увижу маму. Скоро получу свою шкуру.
Весь клан тоже приплывёт? Я так давно не ощущал лёгкое прикосновение усиков, нежное поглаживание ластом, мягкость меха.
А моя шкура – мама принесёт её с собой? Или мудрецы раскроют ей тайны, слова или действия, благодаря которым я смогу превращаться в тюленя?
Я часами смотрел на Луну, чувствовал её влияние на приливы и отливы.
Мэгги тоже наблюдала. Она достала календарь и перечеркнула ещё одно окошко.
– До возвращения твоей мамы осталось всего две недели, – объявила она.
Мэгги вышла из комнаты. Я открыл ящик, где хранился календарь, дотронулся до каждого пустого окошка, а затем провёл пальцем по идеально круглой Луне.
Вскоре мне стало тяжело думать о чём-либо другом. Я будто слышал, как мама поёт традиционное приветствие: «Приди ко мне! Приди!» Я представлял, как глубоко смогу погружаться одним лишь взмахом хвоста, нападать на морских окуней и заглатывать их. Каждую ночь я, лёжа на улице перед сном, проверял, не появились ли между пальцами перепонки как подготовка к моему превращению.
– Всего неделя, – объявила Мэгги.
Я часами сидел в ванной с закрытой дверью, смотрясь в зеркало и представляя, как буду выглядеть в шкуре. Наверное, размером буду чуть меньше Финна. Может быть, моя шкура будет чёрной, как у Лира, или пятнистой, как у мамы. Я надеялся, что не стану коричневым, как Мойра, но даже если так, то ничего страшного. Мне представлялось, как будут выглядеть мои глаза на мордочке с усиками. Я крутил плечами, словно надевая шкуру.
– Всего два дня, – сообщила Мэгги.
На следующий день я вошёл на кухню и увидел, как она кладёт календарь на место.
– Завтра, – вздохнула она, выглядывая в окно.
Завтра я отправлюсь домой. Я закрою ноздри и глубоко нырну, буду плавать далеко и быстро, как все в моём клане.
Я знал дорогу к Нелли уже так хорошо, что мне больше не нужны были ориентиры. Но всё равно останавливался у каждого из них: вот дерево с двумя стволами, камень-кит, и вижу я их в последний раз.
Расскажу ли я Нелли, что уплываю? Смогу ли?
Она расхаживала перед домом. Завидев меня, сразу схватила рюкзак.
– Хочешь пойти в «пещеру» из дерева? – спросила она с горящими от волнения глазами. – У меня для тебя сюрприз.
Я кивнул:
– Давай пойдём длинной дорогой.
Мы бежали по поляне, вверх по холму, а затем вниз, прыгали через ручей с камня на камень и обегали деревья в лесу, спеша к свету на берегу.
Я смотрел поверх волн на горизонт, моё сердце переполнялось чувствами. Завтра я поплыву в этих водах с мамой.
– Залезай! – позвала Нелли из «пещеры».
Я поднял ветку и забрался внутрь, сев рядом с ней и скрестив ноги.
Она сняла рюкзак.
– Помнишь ту песню со дня нашей первой встречи? Ты же хотел узнать продолжение? Так вот, знаешь что? Я нашла её! – она потянулась к рюкзаку и достала тонкую белую книжку.
– Я думал, она живёт в синей книге, – сказал я.
– Она во многих книгах. Не знаю, почему я не додумалась до этого раньше. Дедушка разрешил взять эту книгу на улицу.
Так я всё-таки услышу всю песню! Это был словно прощальный подарок.
Нелли открыла книгу и положила её мне на ладони. Чёрные значки толпились на странице.
Она не пела для меня.
Я вернул книгу Нелли.
– Спой ты, – попросил я. Так даже лучше. Я услышу всю песню её приятным голосом и унесу с собой это воспоминание.
Она заправила волосы за ухо.
Смогу ли я сказать ей, что уезжаю и на этом всё?
